Дерзкая

Несколько секунд он сидел неподвижно, потом согнулся, накрыв голову сцепленными руками и простонал что?то сквозь зубы.

Открылась дверь и вошёл Олег, в других, целых джинсах и чёрной майке. Он был уже спокоен, только разметавшиеся длинные волосы и кровь, проступившая сквозь повязку на руке, напоминали о его недавнем взрыве.

– Что дальше, Юрка? – он сел рядом с другом.

– Дальше вот что, – отозвался Юра, резко разогнувшись. – Ты помнишь наш разговор с Александром?

– Да, и что?

– Он говорил, что Катя очень нужна Извекову.

Значит, он не мог убить её.

– И тем не менее, он сделал это.

– Стоп! – Юра нетерпеливо поднял руку. – Он не мог убить её… совсем.

Олег гневно нахмурился:

– Ты о чем, босс? Ты считаешь, что существование в таком же виде, в каком жил Сашка Извеков, это нормально? По?твоему, это не значит, что мы её потеряли?!

– Мне все равно, кем она теперь будет, – ответил Юра.

– А мне нет! Превратить живую девчонку в мертвечину! Да я ему своими руками голову оторву!! – возмутился Олег.

 – Живой труп – это уже не Катеринка…

– Спокойно, старик. Сейчас мы с тобой…

Как ни старалась я удержать картину, злоба, отчаяние и острая жалость к себе и ребятам так подогрели меня, что изображение порвалось на глазах. Это было как безнадёжный кошмарный сон, когда просыпаешься в ледяном поту от собственного крика.

Кажется, я тоже кричала. Но проснуться мне было не суждено. С воплем я поднялась с кресла, пытаясь разглядеть в искажённой и искривлённой пока комнате моего ненавистного смертельного врага.

Валерий лежал на софе бледный и неподвижный. Если бы он умер! Но увы! Он зашевелился и медленно встал на ноги.

Взглянув на меня, он поднял руку.

– Я предупреждал, что это будет трудно. Мне тоже досталось: так долго пропускать через себя навылет полноценный контакт…

– Что ты понимаешь про такие вещи, как «легко» и «трудно»? Ты же о меня ноги вытер!

Извеков пожал плечами. Разумеется, он не понимал, разве такому объяснишь что?нибудь о чужих страданиях, если для него не существует неприятностей, кроме своей собственной физической боли…

– Постарайся забыть то, что сейчас видела, – посоветовал Валерий.

 – Твои друзья, конечно, переживают, но пройдёт совсем немного времени, и они смирятся. Ты тоже перестанешь горевать, потому что мы с тобой вместе начнём делать нечто такое, что заставит тебя забыть свою жизнь…

Он опять пустился в свой горячечный бред, излагал, как по?писаному.