Держу тебя

– Пикантно, – Маша улыбнулась, Серёга чуть не взорвался. Улыбается она! Какого дьявола Мария Константиновна улыбается всем, а на него смотрит волком, кривит пухленькие губы, отводит глаза, а то и фырчит как кошка. На любовника своего пусть так смотрит!

– Ничего пикантного в алкогольном опьянении при детях нет, Мария Константиновна, – Сергей уставился на Машу. – Машеньке уже достаточно годиков, чтобы понимать это. Или Машенька не только не выросла, но и не поумнела?

– Послушайте, Сергей Витальевич, я понимаю, что Дарья Семёновна, – так звали одну из воспитательниц, – перебрала и задала неудобный вопрос, но вы не…

– Какой ещё вопрос? – Сергей в недоумении уставился на Машу свет Аленький Цветочек.

Удавил бы. Удавил в объятьях. Удавил, а потом отымел так, чтобы сутки ходить не могла. Глаза льдистые распахнула, ресницами хлопает, губы сжимает, видно, что злится, Чижик-Пыжик в женском воплощении.

– Про женитьбу. Это было некорректно с её стороны, но вы должны понимать, она ничего такого не имела в виду.

Сергей смотрел на Машу и чувствовал, что земля уходит из-под ног, физически, он даже покачнулся. Отлично, уже и нянька синеглазок натирает его рога. Может быть, стоит сесть в кружок и поговорить об этом, пусть посочувствуют всласть, посмеются, удовлетворят раз и навсегда свою потребность лезть в чужую жизнь.

– Вы хотите обсудить мой брак? – Сергей медленно закрыл глаза, понимая, что ещё один взгляд на розовую от волнения Машу, и он за себя не ручается. Или взорвётся, или изнасилует… Как в его больную голову пришла подобная мысль?

– Я хочу сказать, Дарья Семёновна не виновата, что в нашей стране такое законодательство.

И, если это имеет значение, лично я против однополых браков. Семья – это мужчина и женщина, мама и папа, а не два папы.

– Чего-чего? – Серёга потряс головой.

Что там эта звезданутая Настенька из «Морозко» несёт? Температура у дамочки? Объелась шоколада, повысился сахар в крови, как следствие – когнитивное нарушение?

– Вы же гомосексуалист? – Машенька смутилась, покраснела, но взгляд не отвела.

– Беги, дядь Маш, – проговорил Марат со смехом, хватаясь за живот, покатываясь, только что хрюкать не начал.

– А ты, значит, против однополых браков? – Сергей нагнулся под рост Маши, лицом к лицу, настолько близко, что почувствовал запах шоколадных конфет, смесь ароматов шампуня, геля, духов и крема. Уникальный, совершенно особенный запах.

– Против, – Маша окончательно смутилась, но стояла на своём. Она против.