Прощание с плейбоем

Родители Филиппа Митяева развелись несколько лет назад, но Филипп оставался единственным наследником Митяева-старшего, и тот все еще продолжал возлагать надежды на непутевого сына. Он пристроил его на работу, на свою фабрику, надеясь, что сыночек втянется и освоит процесс работы предприятия с самого низу.

Но Филиппа абсолютно не интересовало производство спичек. Если быть точнее, то его не интересовало ничего, кроме денег, текущих нескудеющим ручейком от отца. Деньги он спускал на дорогие клубы, машины, выпивку и девиц.

На все остальное ему, как он сам выражался, было «наплевать с высокой колокольни».

Присутствие матери в доме тоже утомляло его. И он был безумно рад, когда она уезжала на очередное богомолье, к какому-нибудь старцу или просто пропадала на богослужениях в церкви.

Но обойтись совсем без нее он не мог. Ведь она следила за его бытом. Без ее присмотра он ходил бы голодный, неухоженный и за короткое время превратил бы квартиру в свинарник. А так в доме всегда было чисто, уютно, пахло выглаженным бельем и хорошей едой.

Вот отец время от времени беспокоил Филиппа. Митяев-старший не пил и имел голову на плечах. Но ее срывало время от времени на конкурсах очередной мисс. Отец влюблялся, одевал, обувал девушку, покупал ей машину, возил ее на курорты и исполнял все ее прихоти.

«Хорошо, что хоть не женился», – думал Филипп.

Потом отец остывал к своей пассии, покупал ей на прощание квартиру, давал деньги на год прожития. И вел размеренный образ жизни до встречи с очередной «миской».

Филиппу снился какой-то фантастический сон, он застонал и перевернулся на другой бок, когда приоткрылась дверь и раздался голос матери:

– Сынок, вставай.

– Какого черта? – спросил Филипп.

– Уже одиннадцать часов.

– Ну и что?! Я сплю! Не мешай!

– К тебе там пришли.

Филлип мгновенно подскочил в холодном поту и, вытаращив глаза, спросил:

– Отец?

В его голове путано бились мысли: «Неужели пришел лишать наследства? Сон в руку? Нет, нет, тьфу, тьфу», – мысленно сплюнул он.

– Нет, не отец, – донесся до него голос матери. – Девушка…

– Девушка? – изумился Филипп и воскликнул: – Гони ее в шею!

– Не могу.

– Это еще почему?!

– Она из полиции.

– Вот черт! Никакого покоя нет от легавых!

– Сынок, ты бы оделся, – робко сказала мать.

– Ты не спросила, чего ей от меня надо?

– Она сказала, что хочет с тобой поговорить.

– О чем?

– Как я поняла, о Косте.