Еретик. Книга 3

И кого за нами отправят? Ренара?.. Нет, у меня ничего не выйдет… все пропало…»

– Ты ее знаешь, – устало заметил Лоран. – Я так и думал. – Он покачал головой. – Это из-за нее «случайно погиб» тот проповедник, которого ты допрашивал?

Вивьен покачал головой.

– Базиль Гаетан умер в допросной, но он совершил самоубийство.

– Продолжаешь упорствовать, – глубоко вздохнул Лоран. – Что ж, как знаешь. Вивьен, мне известно, то ты и Ренар – не самые праведные и сдержанные люди на свете. Я не дурак и давно понимаю, с кем имею дело.

Но на этот раз я не смогу закрыть на это глаза. Приехал папский легат, который уполномочен проверить нашу добросовестность. Чтобы нас всех за наши промахи не лишили сана и не отправили в изгнание, мы – каждый – обязаны чем-то пожертвовать. Ты поступишь так, как я приказал, или отправишься на костер. Решать тебе.

Вивьен заставил себя взглянуть на Рени. Она смотрела на него своим пронзительным взглядом. Едва заметный кивок послужил ответом.

– Если вы знаете о нашем… знакомстве, – севшим голосом выдавил Вивьен, – вы позволите мне хотя бы… попрощаться? Прошу…

Лоран несколько мгновений смотрел на него, затем кивнул.

– Я буду ждать в конце коридора. Ночь ты проведешь запертым в келье в моей резиденции. Для надежности.

Вивьен ощутил себя так, будто что-то нанесло ему тяжелый удар в грудь.

«Я не смогу предупредить Элизу. Я никак не смогу с ней связаться, не смогу ничего объяснить… она увидит на Sermo Generalis меня, а мне придется сжечь ее сестру…»

Эти мысли едва не свели его с ума.

Епископ кивнул.

– Недолго, – приказал он и начал неспешно удаляться.

Когда шаги Лорана смолкли в коридоре, Вивьен рассеянно припал к решетке и покачал головой.

– Я… – начал он, но не смог произнести ни слова.

Рени поднялась с пола, протянула руку и нежно провела по его волосам в знак успокоения. Она словно заранее знала, что события обернутся именно так.

– Послушай меня, Вивьен, – с удивительным смирением заговорила Рени.

 – Ты должен это сделать. Должен согласиться на эти условия. Нельзя, чтобы казнили нас обоих. Ты знаешь, она этого не переживет.

Вивьен мучительно сморщился.

«А то, что я лично стану твоим палачом, она, думаешь, переживет?» – спросил он про себя, но не сумел выдавить это вслух. Это было невыносимо.

– Ты сумеешь ей все объяснить, – мягко проговорила Рени. – Я ведь поэтому и сказала: ты не сможешь мне помочь.