Отказать Пигмалиону

– Мама рассердилась. – Вадим стал рассказывать, что он не собирался драться с младшим братом, все вышло случайно и машинка сломалась сама. Отец слушал внимательно, не перебивая, а когда сын закончил, тяжело вздохнул, но не произнес ни одного слова.

– Пап, ты почему молчишь? – наконец спросил Вадим.

– Расстроен.

– Из-за меня? Из-за того, что мы с Юрой подрались?

– Нет, из-за того, что тебе сейчас плохо, – ответил Алексей Владимирович.

Так отец объяснил сыну, что нельзя быть счастливым и довольным, когда другому плохо.

Позже, когда Вадим подрос, общаться чаще с отцом не получалось – тот все больше пропадал на работе. Но сохранялось ощущение надежного тыла. И в этом тылу царили порядок, справедливость и готовность прийти на помощь. С ощущением такой опоры и такого ориентира взрослеть было не страшно и легко – перед глазами был пример.

В детстве же Вадим жалел, что во все поездки они ездили только с мамой. Отец оставался в Москве. Вместо него ездила тетя Александра Александровна, мамина лучшая подруга.

– Вот, наш математик появился. – Мама немного улыбалась и как-то смущенно брала его за руку, насильно усаживала рядом с собой. Как будто ей необходимо было срочно изменить мизансцену, отвлечь внимание на себя.

Вадим около мамы чувствовал себя неловко.

С пяти лет Вадима возили на музыку, в бассейн и в Дом архитекторов – учиться рисовать. Рядом всегда был Саша. Мамы – Варвара Сергеевна и Александра Александровна – всегда были вместе. Пока сыновья занимались, они обсуждали мужей, подруг и детей.

– Между прочим, Саша уже свободно играет Бетховена. – Варвара Сергеевна обожала подстегнуть старшего сына.

Впрочем, позже в качестве примера приводились все известные Вадиму сверстники.

В семь лет Вадима отдали в самую лучшую московскую школу во Вспольном переулке. С углубленным изучением английского языка, бассейном, школьным театром и прочими образовательными редкостями. Перед началом уроков переулок перекрывал постовой – сюда на персональных машинах съезжались отпрыски членов правительства, членов политбюро, министерств. Артисты, художники и прочая богема тоже старались отдать сюда своих детей.