Окровавленное знамя

– Подошел какой-то парень и попросил передать это вам. Говорил, что он ваш большой фанат.

– Вы не смотрели, что внутри?

– Ну, оно не тикало. Остальное уже не мое дело, – Константин вставил ключ в зажигание, стал заводиться.

Света же с толикой любопытства развязала ленточку, заглянула внутрь. Сначала она совсем не поняла, что обнаружила внутри – пришлось залезть рукой. Но мозг стал медленно, но верно подкидывать осознание: в ее руках был какой-то орган. Реальный орган со следами крови. Света сначала машинально сунула его обратно, после почувствовала, как дыхание стало пропадать.

– С вами все хорошо? – услышала она где-то вдалеке знакомый голос.

Но ответить не могла, только промямлила, тяжело дыша:

– Мне… плохо…

После чего провалилась в забытье.

Проснулась Света, сидя на земле возле машины – над ней хлопотала молодая фельдшер, которая сразу же остановила потуги Лебедевой подняться.

– Хорошо, что вы пришли в себя. Но пока вам лучше не вставать.

Света не стала ей перечить, осмотрелась вокруг: кроме врача рядом с ней был тот самый водитель и несколько полицейских, один из которых разговаривал с Константином, а другие изучали тот самый злополучный сверток.

– Как вы себя чувствуете, Светлана? – полицейский, который прежде общался с таксистом, подошел к ней.

– Кажется, лучше, чем было, – тихо ответила Света, стараясь реже дышать.

– Не стоит заниматься допросами, пока она в таком состоянии, – сразу же отрезала фельдшер.

Полицейский растерянно взглянул на нее, на эту юную прыть, и не стал ей возражать. Напротив, сразу же проговорил скороговоркой:

– Хорошо, вызовем повесткой. А пока мою люди отвезут ее домой.

Света была только рада.

***

– Что за напасть с этой писательницей, а? – Агеев сел на краешек стола своего коллеги Мамонтова, который и вел теперь дело неизвестной погибшей, найденной в пруду.

Тот, по сравнению с более прытким Агеевым, был апатичным и старался лишний раз не вникать во внутренние конфликты. Но обсудить их с коллегой в приватной беседе – это то, что не хватало его уму в последнее время.

– Может, преступник так намечает новую жертву? – монотонно произнес Мамонтов, из-за чего сложно было понять, утверждал он это или задавал вопрос.

– Все может быть, – сухо согласился Агеев. – Я в одно время тоже готов был ее пристукнуть.