Голый космос

Так, старпом?

Виктор кивнул.

– Кстати, Виктор, – сказал он, протягивая руку Эдуарду. – Собственно, старший помощник капитана.

Эдуард кивнул и неожиданно крепко пожал протянутую руку. Худой, но сильный, подумал Виктор не без уважения.

Сан Саныч словно не заметил политесов и продолжил все с теми же отеческими нотками:

– А если хочешь в гальюн, то бишь, туалет, то потерпи. До Луны, сам понимаешь, санитарная зона.

У Гладилина чуть шевельнулись скулы. Он немного поиграл с капитаном в гляделки, поднял взгляд поверх Сан Санычевой головы и нарочито спокойно сказал:

– У меня один вопрос.

Всего один. В какой стороне находится солнце?

Виктор и Сан Саныч одновременно вытаращили глаза. Первым отмер капитан:

– А тебе на што это понадобилось?

– Очень надо. Ведь это не секрет, правда?

Чувствовалось, геолог изо всех сил старается быть вежливым. Молодца, сказал про себя Виктор.

– Не секрет. То, что дает нашему кораблю жизнь, свет, движение, что обеспечивает пассажиров необходимыми компонентами для существования – это солнце ты имеешь в виду?

Пожав плечами, Гладилин кивнул.

– Так вот, оно – перед тобой. Здесь, как и на любом другом корабле, все вертится вокруг капитана, ясно тебе?

Обалдевший от такого ответа геолог вновь кивнул.

– Решение всех проблем, возникающих у пассажиров, изложено в правилах. Ну, прочти же их, наконец, Эдик. У тебя над койкой прибиты, я ж говорил. Говорил, нет? Ну и все. Чтобы больше не задавал дурацких вопросов.

Иди, читай.

И, обращаясь к Виктору, добавил:

– Я, Витек, почему на борт женщин не беру. Потому что им же не объяснишь ничего. Правил не читают, а если и соизволят, если, так сказать, снизойдут, то ведь не станут выполнять ни за что. У них аппарат для выполнения природой не предусмотрен. Я правильно излагаю?

Виктор тоже кивнул. Перед ним разворачивалась перспектива лицезреть эту парочку на протяжении ближайших двух-трех лет. Кушать за одним столом, натыкаться в коридоре, обсуждать новости, звереть от надоевших голосов.

И сто пятнадцать раз убивать друг друга на почве несовместимости характеров. Товарищ Полищук хмыкнул: «А как ты полагал, курсант Воронин? Это тебе не курорт на планетах родной солнечной системы, где штатных психологов больше, чем отдыхающих. Отныне ты сам себе и психолог, и компания, и даже, если хочешь, кают-компания». Последнего Виктор не понял, но товарищ Полищук уже пропал.