Поиграем в нелюбовь

Кое-как доковыляв, они приземлились на цветные доски лавки, и он тут же повалился в бок. Анна помогла ему лечь, а потом положила взлохмаченную голову сводного брата себе на колени.

– Дыши глубже. Не смей пачкать меня, – паниковала она, обмахивая его рукой.

– Представляю, как я тебе противен, – улыбнулся парень горькой улыбкой.

– Ты мне не противен. Всё хорошо, не переживай, просто полежи и подыши воздухом.

Анна запустила пальцы ему в волосы. Наверняка он забудет, думала она, мягко перебирая их.

Девушка взяла у него телефон и позвонила матери, сказала ей, что Кириллу плохо, и что она переживала за реакцию его отца. Елена обещала успокоить отчима, насколько это возможно, и спросила, нужна ли ей помощь. Взглянув на безмятежного, почти задремавшего на её коленях парня, Анна ответила:

– Не нужна. Мы поднимемся чуть позже.

– Зачем ты рассказала? – простонал Кирилл.

– Так ты всё-таки боишься последствий?

Он пристально посмотрел на неё. Взгляд был уже чуть яснее.

Нет. Он не боялся последствий. Но ему дико, дико не хотелось, чтобы отец ругал его при ней. Пусть хоть бьёт, лишь бы она не видела.

8.

Утро субботы стало для Кирилла почти нестерпимым. Отец ворвался в его комнату с криками, грубо растолкал и потребовал объяснений.

– Долго я ещё буду терпеть твои выходки? Ты извести меня решил?

Кирилл пробурчал, что ничего он не решил, порадовался, что с вечера не стал раздеваться, и выскочил из комнаты.

Конечно же, подумал он, когда в коридоре наткнулся на глядящую на него во все глаза Анну. Разве могло быть иначе? Как она могла усидеть в комнате, когда поднялся такой шум?

– Чего вылезла? – грубо огрызнулся парень.

Анна и сама не понимала, что побудило её выйти, но слушать эти крики было слишком тяжело. Скандалы заставляли все внутри неё напряжённо сжиматься, и каждый раз эта сжатая скрипящая пружина тревоги и страха требовала немедленных действий.

Вслед за Кириллом из комнаты вылетел свирепый отец.

– Анна, – тут же стушевался он. – Ты видишь? Анна приволокла тебя вчера домой. Вынудил хрупкую девчушку надрываться!

Несмотря на то, что присутствие Анны смутило его, Святослав Андреевич быстро вернулся к крику, найдя для себя ещё одну причину негодовать.