В объятиях нежного искусителя

Ее потрясающие волосы были заплетены в аккуратную косу, а на лице не было ни грамма косметики – ни туши, чтобы подчеркнуть большие карие глаза, ни помады на полных, чувственных губах.

Потому что все это ей было совершенно не нужно. Несмотря на ее кажущуюся бесхитростность и скучную одежду, она с легкостью могла привлечь внимание абсолютно любого мужчины.

Георгос стиснул зубы. Он почти был готов потребовать, чтобы она немедленно разделась. Разве не этого она добивалась? Разве сексуальный подтекст каждого слова, произнесенного ею, не был частью ее плана?

Он наблюдал, как она отказала доктору, осмелившемуся пригласить ее на свидание, с холодностью Снежной королевы.

Бедный парень был настолько очарован ею, что даже не обратил внимания, что в нескольких шагах от него стоит сам король. И он не мог его в этом винить. Невозможно было сосредоточиться на чем-то еще, если рядом находилась Кассиани Маррон.

Так что он не позволит ей ослепить себя своими чарами. Ему нужна только информация – вот и все.

Он не станет поддаваться ее манипуляциям.

Георгос повел ее по темным коридорам, намеренно пройдя мимо официального зала заседаний, куда изначально собирался привести ее. Нет, ему нужно было уединение и контроль, которые он наиболее остро ощущал в своих личных покоях. Георгос годами оттачивал искусство самоконтроля, и этот разговор будет недолгим.

– Ведете меня в темницу?

И вот опять – еще один вызов его самоконтролю. Ее охрипший голос пробудил в нем новую волну гнева.

У нее не было причин дерзить ему, если она невиновна. Но ее попытка сработала совсем не так, как она хотела.

– Как я уже говорил, – неожиданно мягко произнес он, – я использую любые методы, чтобы получить от тебя необходимую информацию.

Он услышал, как Кэсси сбилась с шага, и мрачно усмехнулся. Можно подумать, она на самом деле опасается, что он ведет ее в камеру пыток. Георгос стиснул зубы: о, эта женщина была опытной обольстительницей. Эти глаза с поволокой, эти намеки, да еще и этот невинный румянец, который она так ловко вызывала.

Георгос посторонился и пропустил ее впереди себя в свои покои. Он молча наблюдал за тем, как Кэсси осматривает тускло освещенную комнату: плечи напряжены, губы тревожно сжаты.

– Зачем ты пошла с Деймоном Гейлом на бал? – отрывисто спросил он. Кэсси повернулась и молча посмотрела на него. – Просто ответь, – прорычал он. У него не было времени играть в ее игры.