Семейный портрет с колдуном

Я не могла дождаться, когда обед закончится. Но вот подали десерт, потом кофе и шоколадные конфеты, и леди Икения рассыпалась в благодарностях за гостеприимство и прекрасное угощение, предлагая графу приехать с ответным визитом.

– Непременно, – ответил Вирджиль Майсгрейв, посмотрев при этом на меня. – Я обязательно буду, скажем… завтра.

Ничего не значащие слова, обычная ответная вежливость, но он произнес это таким тоном, и зеленые глаза так загорелись, что меня саму бросило в жар. Приедет завтра и… и что-то устроит? Я беспокойно взглянула на Аселина, и тот с очень мрачным и торжественным лицом взял меня за руку.

Сделано это было напоказ, и я чуть не поморщилась, потому что не слишком приятно, когда на тебя заявляют права так очевидно. Но и вырываться я не стала, потому что это было бы совсем глупо.

– Лучше проводи мать, – колдун тут же отстранил леди Икению, стоявшую рядом с ним, и шагнул к нам. – Я сам провожу леди Валентайн, она же моя гостья.

– Мы все ваши гости, – заметила я, поа Аселин всё крепче сжимал мою ладонь в своей.

 – Желаете проявить любезность – возьмите под руку, например, господина Бо.

– Я кто по-вашему, чтобы разгуливать с ним под ручку? – хмыкнул граф. – А вот с вами не прочь прогуляться, – и он обернулся к Аселину, не переставая играть ямочками на щеках. – Ты же не против, внучек? К тому же, правила приличия запрещают жениху и невесте встречаться до свадьбы. Вы их уже нарушаете, так что не надо усугублять.

– Аселин, – позвала леди Икения, решившая спасти ситуацию, – подойди, пожалуйста.

Я подвернула ногу, помоги мне добраться до коляски.

Мой жених нехотя разжал пальцы, отпуская меня. И я испытала почти облегчение и сразу сцепила руки на животе, показывая, что не желаю ничьих прикосновений.

– Молодежь сейчас ведёт себя так фривольно, – пожаловался Вирджиль Майсгрейв, наклоняясь ко мне.

Близко, очень близко. Я отступила, он сделал шаг ко мне. Да что за игра в кошки-мышки?!

– Вам самому сколько лет, что вы рассуждаете о распущенной молодежи? – спросила я.

 – К чему это шутовство, милорд? Вы не на много старше Аселина.

– Вы мне безбожно льстите, – широко улыбнулся граф. – Вообще-то, мне тридцать три.

– И правда, совсем старик, – сказала я с сарказмом и пошла по дорожке, которая, как я помнила, вела к выходу из лабиринта.

Хорошо, что колдун не уводил нас вглубь сада. С него станется завести, заблудить и бросить, чтобы позабавиться, как мы будем выбираться.