(Не) люби меня

– Лошадь кажется крохотной, – продолжал сэр Лиммерик, – но готов поклясться, она выдержит недельный переход и будет все так же резва.

– И хвост у нее задран, как у сучки, просящей случки, – насмешливо сказал принц, понизив голос, чтобы слышали только отец и ближние слуги.

– Это особая порода, – объяснил мажордом. – Говорят, эти лошади и в самом деле преданы, как собаки. Посмотрите, леди Верей почти не правит поводьями. Мне кажется, лошадь слушается ее голоса. Такое понимание редко бывает между хозяином и животным.

Дидье сделал вид, что не расслышал последних слов, а принц вынужден был признать правоту сэра Лимерика.

– Ваша правда, наездница она знатная, – сказал принц и добавил: – Верей рассказывал, она скачет на нем с таким же пылом.

– Что за сплетни? – спросил Дидье резко, не отрывая взгляда от Дианы, которая метнула в цель последний кинжал, а потом взбодрила лошадь, заставив ее встать на дыбы, чем вызвала новую волну восхищения.

– Это не сплетни, – заявил принц, прищурившись на всадницу в черном. – А еще Верей рассказывал, что она выщипывает волосы – везде гладкая, как персик. Он прямо слюни на нее пускает. Но тут не поспоришь – горячая девка. Такой место где-нибудь в монастыре святой Магдали…

Он не договорил, потому что крепкая отцовская оплеуха отбросила его на спинку кресла. Дидье ударил сына коротко, без замаха, даже не глядя, и мало кто понял, что произошло. Только мажордом кашлянул в кулак, да королева бросилась к сыну, который зло сверкал глазами на отца.

– Ты будущий король, а не сплетник из подворотни, – сказал Дидье. – Изволь вести себя соответственно своему положению.

Дреймонд хотел ответить, но мать предостерегающе схватила его за руку, покачав головой.

– Бить принца при всех, все же, не стоило, – пробормотал мажордом, наклоняясь к королю и делая вид, что просто желает подлить в бокал воды с лимоном и медом.

Дидье даже не повел бровью, но эта невозмутимость не обманула старого слугу.

– Лорду Верею досталось настоящее сокровище, – сказал он на ухо королю, одновременно смахивая салфеткой невидимые пылинки с подлокотника, – но он, похоже, только и ждет, чтобы его ограбили.

– Замолчи, – сказал Дидье, не поворачивая головы.

– Слушаюсь, сир, – тут же согласился сэр Лиммерик.

Тем временем черная лошадь шагом объехала поле, помахивая пышным хвостом, а ее всадница приветственно помахивала рукой зрителям.