Я люблю тебя больше жизни

Девушка ловко пригладила кожу обратно, словно только что у нее из предплечья ничего не торчало. Нервно икнув, я отступила назад.

– Терминатор отдыхает!

– Что?!

– Ничего, – нервно хихикнула, вспомнив брутального Арнольда в этой роли: Мила на киборга нисколько не походила.

– Это что, – воодушевилась девушка, – наш император почти весь состоит из механизмов и новейших разработок, и…

– Следующий, – прервал ее болтовню стражник.

Мы вновь проводили взглядом товарища по несчастью. На этот раз им оказался мой напарник, помогавший вести изнуренную девушку.

Смуглый, с раскосыми карими глазами и смоляными локонами до лопаток. Красивый молодой мужчина с лукавым блеском во взгляде. Казалось, все происходящее с ним он воспринимал не иначе как забавную игру.

– Так вот, Оксана, поговаривают, что наш император, будучи юным, первым делом усовершенствовал себе «это»… – Мила сделала большие глаза и опустила взгляд вниз. – От любовниц отбоя нет, правда, и наследников тоже. Его век, конечно, долог, но прожить всю жизнь и не подарить миру свое дитя?

Я просто не поспевала за мыслью этой болтушки, однако успела посочувствовать несчастному экспериментатору.

– Но я не о том, – вздохнула девушка, – в нашем мире магией могут пользоваться лишь единицы, пусть мы все рождаемся с ней. Но все, что я смогла с ее помощью сделать, это запустить процесс саморазрушения организма. Когда мой маячок не сработал, я решила умереть.

Мила затихла, смотря печальными глазами куда-то сквозь меня.

– Я испугалась и не пожелала сопротивляться.

Но за эти три дня не раз успела пожалеть, что призвала магию. Я хочу жить и буду бороться за свою жизнь.

– Мы будем, – поправила ее, – даже если по отдельности, знай, что ты не одна.

Из шатра увели последнего парня. Я лишь вскользь отметила яркое пламя его рыжих волос.

– Спасибо, – сжимая мои ладони, горячо прошептала Мила.

– А вы заметили, что одного не хватает? – раздался мелодичный голос за моей спиной.

Резко обернулась и чуть не врезалась в ту девушку, которую парни помогали вести по коридору.

– Извините, если напугала, и простите, что вмешиваюсь, но… – Она махнула рукой на еще одну соседку по камерам, которая стояла ближе к выходу из шатра, демонстративно надув губы. – Поговорить с ней у меня не получилось.

– Еще одного? – Мила задумалась. – Нас должно быть семь?

– Да, – грустно ответила незнакомка, глядя прозрачными, как небо в ясное утро, глазами.

И смотрела она почему-то на меня.