Зов Праматери

Мужчина резко затормозил, выдохнул, обернулся:

– Неужели такая дура? Я говорю идти – ты идешь, а не спрашиваешь, – и, контролируя силу, с размаха ударил девочку по лицу. – Теперь стало яснее?

У Бану краснела щека и дрожали губы. Она растерянно глядела себе под ноги.

– Теперь стало яснее? – с нажимом повторил Гор.

Бану кивнула. Первый и последний раз ей пришлось объяснять дважды.

Они выбрались с третьего уровня подземелий и стали продвигаться по боковым коридорам и лестницам основного четырехступенного пирамидального здания.

Чем выше они оказывались, тем громче становились доносившиеся отовсюду лязг и брань, и тем тише были затяжные стоны.

Потеряв счет пролетам, так что ослабшие за дни беспамятства ноги успели заныть, девочка, наконец, осознала, что Гор привел её в какое-то небольшое помещение со слабым освещением одного маленького круглого окна под потолком. Схватил грубо за светлую косу до лопаток и бросил в середину комнаты. Встав напротив, достал кинжал:

– Начнем с азов…

Через полчаса Бану едва держалась на ногах.

Гор стоял напротив и улыбался:

– Чего дрожишь, как осиновый лист? Ты сюда не за этим пришла! А еще говорила, что делала успехи, бестолочь…

– Я не бесто… – подлетел и снова ударил так, что девочка упала на пол.

– Я не задавал вопроса и не спрашивал твоего мнения.

– Мастер Тиглат, – в комнату вбежал долговязый темноволосый юноша. – В кузне готово все, просили передать.

– Спасибо, Астароше, – Гор грубо схватил Бансабиру за руку и потащил за собой через длиннющие коридоры.

Через какое-то время наставник завел её в пристройку к зданию кузницу. Здешние громадные мужчины кивнули в сторону двери. Гор снова поймал Бану за шиворот, проволочил и, захлопнув тяжелую старую дверь, бросил на пол небольшой коморки с камином. Из пляшущего огня торчал железный прут толщиной в палец.

– Раздевайся, – велел Гор. Бану только судорожнее вцепилась в собственную сорочку. Гор взбеленился в своей бесстрастной манере – подошел вплотную и одним уверенным рывком продрал рубаху.

Дернул, пытаясь оголить левую руку ребенка.

– Живее выпутывайся! – прогремел он.

Почти голая девочка не заметила, как начала плакать. Схватив лежавшее поверх камина тряпье, Гор намотал его на руку и вынул железо из огня.

– Иди сюда! – девочка отбежала в сторону.

– Я велел подойти, а не отойти, мелкая дура!

Гор настиг Бану в два громадных шага, схватил за правую руку, завалил на пол, придавил коленом, и выжег клеймо на левом предплечье.