В паутине снов

Что скажем друзьям?

– То же, что и родителям. Хотя, если папочка не выдаст нас, то ничего говорить не придется, будем вести себя так же.

– А если выдаст?

– Легенда одна на всех. Поверят друзья – поверят и родственники!

– Ладно. На чем ты попалась? – вздохнул он.

– Я прокляла Навариуса.

– Зачем?

– Он назвал меня неприличным словом, – не желая развивать тему, ответила я.

– Куда ходила-то?

– Скажем так, я нашла чудесного мастера преображения, – хмыкнула я, сдувая новоприобретенную челку. И то, что волосы явно после знакомства с огнем, и местами неровные – это сущие мелочи.

– Судя по твоему внешнему виду, твой мастер по тебе не меньше часа прыгал, потом жевал, а после еще и поджарил, – недобро сверкая глазами, прошипел Макс.

– Макс, извини, я…

– Ты была у Фриды, – облегченно выдохнул друг, перебивая меня.

Молодец, сам догадался. Только к чему такой протяжный выдох? Он беспокоился обо мне?

– Как бы я хотел быть на твоем месте, – загадочно подытожил Макс.

– Хочешь быть поджаренным? – мило улыбнулась я.

– Возможно, – хмыкнул друг, – иди спать, с утра целительские зелья.

Я вздрогнула. Да-да, преподаватель до сих пор при виде меня заикается.

– Ты прав, – улыбнулась я, – увидимся.

– Не сомневаюсь, – оборачиваясь, фыркнул Макс.

Вздохнув, я потопала в ванную – душ никто не отменял. И уже засыпая, подумала – веселье только начинается!

* * *

Я бежала по дворцовому коридору. Мое сердце бешено колотилось. Страх пружиной вытягивал душу. Я боялась, но не за себя.

Там впереди есть кто-то важный для меня. Я должна спасти ее. Мои ноги стёрты в кровь, платье разорвано. А позади, клубится что-то темное. Вот-вот и оно достигнет меня. Мгновение и я резко оборачиваюсь, глядя прямо на враждебную тьму, и на того, кто стоит за ней.

– Аррейро он варриа, – кричу я, выставляя дрожащие руки вперед.

Я знаю, это заклинание вытянет из меня последние жизненные силы. Но я должна задержать зло. Я должна спасти ту, кто находится в конце коридора.

Она важна мне. Я должна.

Белоснежный столп устремляется вверх. Секунда и он разлетается тысячами светлячков, поглощая тьму. Заставляя кричать того, кто наслал темное проклятие.

– Ликая! – отчаянный крик той, кто дорог мне и ценен больше собственной жизни. – Ликая!

* * *

Я проснулась от бешено стучащего сердца. Кошмар, это только кошмар. Еще один за прошедший год. Я знала, что наутро забуду о нем. Но сейчас, в голове раздавался отчаянный голос девушки.