Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

Валяюсь там в реальности с сердечным приступом на улице, а мозг вот что выдает.

Приближающийся топот бегущих ног заставил меня вновь подхватить поднос и прижать к себе. Я заметалась, не зная, что делать. То ли обратно бежать, то ли подождать дальнейшего развития событий.

Пока колебалась, все решилось за меня. В коридор выбежали мужчины с оружием.

– А ну стоять!

– Кто такая?..

Я замерла, дрожа как заяц. Мечи так угрожающе блестели!

– Откуда ты здесь взялась?

– Оттуда, – дернула назад головой.

– Назовись!

– Раевская Надежда.

– Опять, что ли, новенькие шлюху притащили? – хмуро разглядывая меня, произнес один из мужчин.

– Я не шлюха! – оскорбленно воскликнула, даже забыв про страх.

Никогда не торговала своим телом. По молодости хранила верность мужу, а потом настолько уставала на работе, что было не до плотских утех. Да и впопыхах, в подсобке или еще каком углу, как животные, было противно. Поэтому и посылала куда подальше, когда пытались зажать. А вот на свидания меня не приглашали.

– Разберемся. Следуй за нами, – немного сбавил тон говоривший.

И я поплелась за ними.

Мысли метались, стараясь найти логичное объяснение происходящему. Но какая, к черту, логика, когда внешне я стала молодой девушкой! Все слишком реально: я чувствую холод, боль. Это непохоже на сон. Окружающие тоже выглядят вполне живыми и настоящими.

Я читала женские фантастические романы про попаданок, вздыхая над описанием пылких чувств и красивой любви, чего так не хватало в моей жизни.

Это казалось единственным логичным объяснением – или я просто сошла с ума. Кем была девушка, живущая в башне? Преступницей? Но место, где я очнулась, не выглядело жилым. Вспомнив, каким слоем пыли была припорошена укрывающая меня вуаль, поежилась. Девушка была мертва? Или это типа спящая красавица из наших сказок? Только мне и тут не повезло – принц до меня так и не добрался, сама очнулась, без всяких поцелуев и выбралась из башни.

И как теперь быть? Притворяться той девушкой бессмысленно, я уже назвала свое настоящее имя. Тем более я понятия не имею, чье тело заняла. Вдруг она преступница или чья-то любимая, тело которой не предали земле. Может, ходили к ней, мечтали, что очнется. Но время шло, и о ней постепенно забыли, смирившись с утратой.

Я тряхнула головой.