Любовь без гордости. Я знаю – ты мой!

 – Что…

– Кортин отрекся от рода Миал, – сжалившись над моими попытками говорить, быстро произнес Сайрион.

– И вы позволили?

– Тай, это у вас нет выбора. Вы наследник по крови и духу, к тому же Кай никогда не согласится занять ваше место. А я… Кортин слабее Лукаса. Будь он сильнее, я, может, и настоял бы на его возвращении. Однако не вижу причин, чтобы рушить его жизнь ради рода. Он с той, кого любит, и полон сил, чтобы сделать ее счастливой. Я уважаю его за выбор. Злюсь, но уважаю и принимаю его решение. Он вырос.

– Импульсивность мальчишки. Он подставил…

– Не смей, Тай! – Оказывается, Сайрион умеет рычать не хуже меня. – Не смей обвинять его в том, что он позволил себе слабость и прихоть! Он в отличие от тебя не трус.

– Да как ты!.. – Кровавая пелена вновь вернулась на свое место.

Я и сам не понял, как это произошло, но Кай вдруг отлетел к стене, а я оказался на ногах.

– Смею, Тай, смею, потому что Алиса моя дочь, а все, что ты способен ей дать, – это клетку и смерть в ней.

– Сайрион, сейчас не лучшее время, – мягко намекнул Кай.

– А для него весь год будет не лучшим временем. Посмотри на своего брата, разве он смирился? Даже после всего, что мы сделали? Знаешь ли ты, что, уйди я сейчас, тебя скрутит так, что никто не даст гарантии, что ты выживешь?

Я кинулся на лорда Миала, но был сметен братом. Он без лишних усилий уложил меня на лопатки.

– Включай разум, Тай. Подави инстинкты и выслушай Сайриона. Он прав. Я согласен с каждым его словом. Чем раньше ты примешь истинное положение дел, тем быстрее придешь в себя и начнешь контролировать тело.

Невнятное рычание послужило ему ответом. Я и сам не мог сформулировать, что творилось в моей душе и в моей голове.

Инстинкты требовали одного, разум – второго, а я, тот самый я, которым был когда-то, – третьего. Это сводило с ума.

– Усыпи, – прохрипел Каю. – Усыпи.

Сейчас это было единственно верным решением.

– Сайрион, – позвал Кай.

– Минуту, – ответил отец Алисы, а я наконец смог расслабиться.

Тело еще билось в конвульсиях, щедро выплескивая огонь, а сознание уплывало в сновидения без снов.

«Так-то лучше», – последняя связанная мысль, и я провалился в черную бездну. Умом понимал, что сплю.