Алая печать. Академия Сиятельных

– Как ты мог поселить меня с ней? – вскинулся Мэтт, забыв об инстинкте самосохранения.

Я бы на его месте промолчала, а вопросы задавала позже и наедине. Нет, дело не в том, чтобы пощадить мои чувства. Парень однозначно влип, и кара братца настигнет его. Вон как сверкнули черные глаза и поджались тонкие губы.

– Леди Хейли, – обернулся ко мне декан, – я прошу прощения за поведение моего брата и обещаю, что впредь он не позволит подобных высказываний в ваш адрес.

Я собиралась ответить, однако за меня ответил организм, громко оповестив стоящих поблизости мужчин о том, что леди голодна.

Краска стыда залила мои щеки. Со всеми волнениями за завтраком мне кусок в горло не лез. А с другой стороны, я порадовалась тому, как быстро гнев на лице лорда Райана сменился удивлением.

Разговор двух братьев на время откладывался. Я старалась не смотреть на Мэтта. На его скулах ходили желваки, но он молчал, хотя это ему явно давалось с трудом.

– Леди Хейли, вы не завтракали?

– Извините, нервы… и…

– Пойдемте, – прервал меня декан.

 – А ты – в мой кабинет! – бросил он Мэтту и повел меня из Хранилища.

Мы вернулись к центральному входу. Холл опустел. Студенты подписали договоры и устроились в своих комнатах.

– Столовая налево по коридору. – Мужчина остановился возле лестницы. – До обеда еще далеко, но вы сможете перекусить. Там всегда кто-то есть и что-то ест.

Сказав это, декан устремился наверх, а я пошла в указанном им направлении.

Столовая и в самом деле не пустовала.

Огромный зал был поделен на четыре зоны разного цвета: зеленую, серую, синюю и золотую. Судя по флагам, вывешенным на башнях общежитий, каждая зона относилась к конкретному факультету: зеленый – к целителям, серый – к артефакторам, синий – к магисам, а золотой – к стражам.

Несколько студентов посмотрели в мою сторону, но, видимо, я не показалась им интересной и они вернулись к своим занятиям.

Немного неуверенно я приблизилась к буфету, за которым стояли три женщины.

– Переволновалась? – с улыбкой спросила одна из них. – Ничего, милая, сейчас горяченького чайку попьешь, полегчает.

Пока она это говорила, ее руки ловко выставляли на поднос тарелку с румяными пирожками и чашку с блюдцем.

– Сахар и молоко – вон там, – указала она на стойку, уже привлекшую мое внимание. – Бери сколько нужно.

– Спасибо, – поблагодарила я и сделала шаг к стойке со столовыми приборами, сахарницами и графинами молока.