Алая печать. Академия Сиятельных

– Ты так уверен, что я соглашусь?

– Скорее надеюсь на это.

– И ты прав. – Я представила себя идущей под венец с лордом Рейга и внутренне содрогнулась.

– Рад, что не ошибся, – снимая завесу тишины, улыбнулся мужчина. – С твоим отцом я поговорю сам. Тебе нужен отдых, завтра ты поедешь со мной.

– Как быстро ты взял на себя заботу о моей персоне, – притворно возмутилась я.

– И ужинать тебе лучше у себя в комнате, – даже не сделал попытки смягчить командный тон мой жених.

– Откуда такая настойчивость? – нахмурилась я, беря лорда под руку.

– Твоя семья станет давить, и…

– Ты боишься, что я поддамся на уговоры?

– Опасаюсь.

– Напрасно. – Я решительно зашагала к дому. – Мое будущее они уже перечеркнули, пора мне самой отстаивать свои интересы.

– Хейли, не будь так строга к ним и поспешна в выводах.

– Им нужна амнистия, но за какое преступление?

– Извини. – Лорд Леон слегка притормозил меня, чтобы я шла медленнее. – Этого я не могу сказать.

– А кто может? – не сдалась я.

– Король.

На этом наш разговор прервался. Каждый размышлял о своем. Я узнала, кто может мне помочь, а значит, должна стать лучшей, чтобы его величество обратил на меня внимание и даровал величайшую милость. Я слышала, что в честь лучших учеников Академии Сиятельных во дворце устраивается бал. И среди них также существует элита, которую особо одаривает король. Я должна попасть в их число и получить награду. Уверена, король не откажет мне в просьбе узнать правду.

Глава вторая

Сегодня мой первый день в столице в качестве невесты Леона Говер.

Внутренне я сжималась от страха и неизвестности, но внешне оставалась спокойной и невозмутимой. Конечно, внезапный отъезд из отчего дома сложно назвать радостным событием. Как и просил мой жених, я не вышла к ужину. И весь вечер провела, собирая вещи, которых, впрочем, было не так уж и много.

Лорд Леон не только позаботился о том, чтобы меня не донимал расспросами отец – все же как глава рода он имел полное право задавать вопросы, – но еще и наложил на дверь заклинание, не пропускавшее ко мне в комнаты ни сестру, ни матушку.

И я была благодарна ему за это.

Всю ночь я слушала стенания Беллы. Подушка, под которую я спрятала голову, практически не заглушала их. Под утро к Белле присоединилась мама. Ей срочно нужно было обговорить со мной что-то, она долго не отходила от двери, но я сделала вид, что еще сплю.

Возможно, кому-то покажется странным мое поведение.