Привокзальный мальчик

В тот же момент с запотевшем стаканом воды на журнальном столике произошло странное. На нем проявились отпечатки призрачных пальцев.

Несколько человек разом, не сговариваясь, трижды плюнули через левое плечо и побежали к выходу, точно их ошпарили кипятком.

– Стоять на месте! – гаркнул Лурье, щеки у него пуще прежнего пылали, а шрам белел узкой полосой. Лурье демонстративно схватил стакан с отпечатками Клобука и стал жадно пить из него. Олаф даже подпрыгнул в кресле. Следователь Спэк сдавленно крякнул.

– А теперь, Ростих, покажи-ка, что ты там написал, за последние, – Лурье глянул мельком на часы, – за последний час и двадцать минут. Давай сюда! Я решу, будем мы дальше тратить в Патестутме время или баста!

Лурье забрал листы и быстро пробежал их глазами.

– Листы не покинут Потестатум, – спохватился Спэк.

– Почему? – возмущенно отозвались господа из РК.

– Родовой Круг не станет терпеть насмешки Заразы! – фыркнул рыжий адъютант Лурье. Он был очень доволен выходкой своего капитана. – Клобук вздумал нас запугивать!

Олаф и дети смотрели на перепалку молча.

– Ради всего святого, – выдохнул другой господин из РК, – Ростих, не задерживай нас больше.

Лурье колко глянул в глаза Олафу и повернулся к Лиде:

– Переводите за мной, Григер! Я буду задавать тебе вопросы, девочка, а ты и твой Чайка дадите на них такие ответы, что старожилы сядут в лужу, – процедил он.

Пока Олаф переводил, Лурье сказал Ростиху:

– Никаких записей. Просто слушай Клобука и запоминай, отчет передашь старейшинам в Адреанопль.

Дальше был шквал фамилий, адресов и придирок от Лурье. Ростиха шпыняли за мягкость. Олафа хотели выгнать, но сторожилы настояли, и пришлось остаться. Переводчик старался запомнить побольше. Было ужасно сложно, ведь ответов он не слышал, а вопросы Ростиха превращались в несвязную кашу слов и интонаций.

– Интервью окончено, госпожа Лида. Надеюсь, вам понравятся лазурные берега Склавнии. Буду счастлив видеть вас в Адреанопле, – внезапно завершил все Лурье, и напоследок глянул на Лиду так, точно испепелил.

– Что он сказал? – переспросила девочка у Олафа. Тот сделал вид, что не расслышал вопрос, а сам подумал: «Умеют они, эти из РК, проявить любезность и при этом унизить. Даже в лице не поменялся, негодяй».