Привокзальный мальчик

«Чудеса, они как флажки на ленте, потянешь за один и появятся все остальные», – вспомнила она присказку сестры.

– Теперь ты мне веришь? – Чайка прищурился. – Мы вернули сумку и лекарства.

– Ооо, да! – протянула Лида вслух. – Я была на складах, а теперь на набережной. Как это возможно?

Вместе они пошли вдоль набережной. Солнце страшно пекло. Асфальт слегка плавился под кроссовками. На всю округу болтало радио. Все еще приходя в себя, Лида остановилась у фонтана, глядя, как большой тучей чайки взмыли в небо.

Подул ветер, и брызги полетели ей в лицо. В голове прояснилось.

Пока Лида приходила себя, Чайка стянул сапоги, задрал штанины и стал шлепать голыми ступнями по мокрому бортику фонтана. Спустя минуту он вдруг лукаво спросил:

– Как думаешь, это волшебство?

– Не знаю. Наверное, да, если конечно я тебя не выдумала.

Дети в очередной раз спугнули чаек, и птицы, описав круг над гуляющими, стали громко кричать. Лида задумалась о возможности своего перемещения. Что если она сама сюда пришла и попросту забыла – как? Да может этого мальчишки в берете тоже нет, ведь никто кроме нее Чайку не видит.

Тем временем птицы стали вопить так громко, что люди не могли их перекричать.

– Поверишь мне, если я скажу, что есть лекарства от всех болезней? Ты обещала помочь мне кое в чем, если согласишься, я помогу тебе с этим лекарством, – Чайка улыбнулся.

Лида опять рассмеялась, предчувствие волшебного приключения не отпускало ее.

– Конечно, я помню. Я точно не в себе…

Пробормотала она, глядя на группу мужчин в уличном кафе.

Она моргнула и опешила: на их месте сидели пожилые женщины в вязанных беретах. Лида потерла глаза, и все снова переменилась. Вместо бабушек сидели несколько девушек с детьми.

– Чертовщина!

– Да нет, это сторожилы в масках, – отмахнулся Чайка, – они помогут нам.

– Жуткие типы! – прошептала Лида, стараясь не обращать внимания на метаморфозы. – Черт, они заметили, что я на них смотрю!

– Ты думала, будешь пялиться на сторожил весь день, а они не заметят? – Пробурчал Чайка скучающим тоном, но вдруг резко повернул голову в сторону мужчин-бабушек-мам.

И, растянув рот в улыбке, пропел, – улыбайся, дорогуша, улыбайся… Он уже слышит меня и идет сюда. Наконец-то!

Лида отшатнулась от Чайки, его слова ее напугали. Позади нее был бортик фонтана, и Лида намочила спину. Чайки уже и след простыл, а птицы подняли крик такой жуткий, точно десятки старых автобусов разом заскрежетали ржавыми тормозами.