Научи меня…

Переглянувшись с Маринкой, нырнули в двухместное сооружение, и я едва сдержала возглас.

– Как тут спать? Развернуться негде, – кинула в угол сумку с одеждой и спальник-одеяло, купленный за деньги, отложенные на зимний пуховик.

– Брось, кто будет спать, когда вокруг такое веселье?

– Я! – сразу ответила ей. – Веселись без меня. Я пас.

– Как знаешь, идем, сейчас Воронов нас не досчитается и заставит приседать, точно марш-бросок не осилим, – Синицына кинула в противоположный угол свои пожитки и выпорхнула наружу.

Скривившись, последовала за ней, помня о коварности преподавателя по физической культуре.

После двухчасового получения инструкций нас отпустили отдыхать, и готовится к завтрашнему дню. Многокилометровый марш бросок был тем еще испытанием, поэтому самым правильным было последовать рекомендациям преподавателей и разойтись по палаткам. Но многие студенты не разделяли моего мнения и отправились веселиться у костра.

В лесу темнело намного раньше, поэтому, поужинав и приняв летний душ, я спряталась в палатке, чтобы почитать недавно скачанную книгу на телефоне.

Маринка, как я и думала, скрылась в неизвестном направлении искать приключения на свою пятую точку, а я расположилась в двухместных апартаментах, наполненных назойливо-пищащими насекомыми.

Через пару часов, когда глаза стали слипаться, я устроилась поудобнее, и решила погрузиться в сон, в палатку ворвался двухметровый цунами и нырнул ко мне под одеяло.

Сказать, что потеряла дар речи от наглости – ничего ни сказать.

Пока соображала, что происходит, парень обхватил меня за талию и прижал к себе, прячась под одеяло с головой.

– Ты что творишь, кретин, вали отсюда, – шипела я, отталкивая неизвестного парня ногами, пытаясь сорвать с него свое одеяло.

– Я ненадолго. Потерпи Бурундук, – проговорил нахал, и я его узнала.

Артур. Бабник. Мажор. Сердцеед, по которому сохло пол универа, и когда-то я была в их числе.

– С какой стати.

– Тихо ты. Разоралась. А то быстро найду способ тебя заткнуть, – этот гад вел себя со мной, как ни в чем не бывало.

Я же напротив, все прекрасно помнила. Море слез и жгучая обида за его грязный поступок, который ему не прощу никогда.

– Что? – ошалело посмотрела на его ухмыляющийся фейс, показавшийся из-под одеяла.

– Проехали.