Кто из нас попал?

– Нет, не надоело, – ответил глухо, наблюдая за тем, как я следую его примеру, опрокидывая в себя горячительный напиток. – Напротив, невероятно заводит.

Огромная порция виски резко опалила мой желудок, а алкоголь ударил в голову.

– Ух, – прошептала я, опрокинувшись спиной на кровать. – Пожалуй, я пас… больше не буду. Захмелела.

Если ещё выпью – больше не жилец, а мне нужно было дело до конца довести.

– Пить совершенно не умеешь. И о последствиях не думаешь. Среди ночи наедине с парнем, – навис надо мной как скала.

– С парнем? – прыснула я, толкая его в грудь. – Ты не парень, ты – Мирский! – засмеялась в голос, когда он недовольно поморщился.

Откуда во мне столько смелости? И этот туман в голове… слабость во всем теле.

– Пьянь, – откупорив бутылку, Яр налил нам снова. – Пей. Займи рот. Пока я ему не нашёл другое применение.

– Ты о минете? – прыснула снова я, чувствуя, как сознание заволакивает густой пеленой.

– Не смеши… Тут даже зрителей нет.

– Думаешь, они мне нужны? – заметила его ухмылку и самоуверенный взгляд.

– Смешно… но, как говорил Станиславский: “Не верю!” – пощёлкала языком. – Ну так что, Мирский? Мир?

– Неа, – ответил он мне, чокаясь о мой стакан. – Ни за что. Лишиться такого кайфа?

Так я и думала, что легко с ним не будет. Ещё помотает мне кишки.

– Проклятье! – произнесла, отхлебнув виски. – Бесишь…

– Я безумно этому рад, – засмеялся он хрипло, убирая пустые стаканы на пол. – Ты же не думала, что придёшь, попросишь меня о дружбе, и я тут же ринусь спасать твою задницу? Обломись.

– Тебе что жалко было этого поцелуя? – взбесилась я. – Трудно потерпеть секунду? – вскочила я и оказалась к нему очень близко. – Одна секунда и всё. Вот так, – не думая, что творю, сама прижалась к его губам.

Смешанные чувства овладели мной. Странные ощущения.

– Живой?! Не развалился, – оторвавшись от него, спросила. – Сложно было потерпеть так же на стадионе?

– Так? А что это было? – оскалился, откидываясь на подушку.

– Что? – крикнула я. – Да как ты… гаденыш… – стала его колотить по груди, плечам, куда удавалось попасть.

– Филиппова, да ты целоваться не умеешь, очуметь, – дразнился он, держа мои удары. – Могу научить…

Наконец, выбившись из сил, снова плюхнулась спиной на постель, глотая ртом воздух.