Сказки для вампира

Он не говорил мне прекратить, но дикое желание высказать все, что думаю, прошло, и теперь я снова молчала, стоя за его спиной.

– Графиня, – мерзким голосом протянула Рамона, решив пойти другим путем. – Вы же обещали, что я смогу растерзать эту девчонку. Так почему Эш говорит, что теперь она его? Это правда?

Сама графиня в это время стояла поодаль. Одетая в красное платье, длиной до пола, с наглухо закрытым горлом и полностью открытой спиной, она поражала своей красотой. Высокий чистый лоб, прекрасные и пухлые алые губы, рельефные скулы – все это делало ее похожей на модель с обложки глянцевого журнала.

Увидев назревающий конфликт, графиня подошла ближе строгой походкой королевы. Ее манеры разительно отличались от развязного поведения Эша, и сейчас это было особенно заметно.

Она держала спину ровной, будто проглотила палку, а голову высоко поднятой, и выглядела прирожденной аристократкой.

Не знаю, была ли она более жестокой, чем Эш, или наоборот, доброй. Вряд ли последнее, раз так и не позволила нам с Роксаной вернуться домой.

– Это правда, Рамона. Девушка дарована Эшварду. Эш, будь любезен получше следить за своей едой, – надменно проговорила графиня, глядя на всех свысока.

Эшвард?

Странно, я думала, что его зовут Эштон, или как-то так. Такого имени я даже не знала.

– Прошу прощения, графиня, – Эш учтиво поклонился. – Но Рамона сама пожелала испытать силу моего внушения.

Графиня окинула обоих вампиров взглядом, говорившим лучше любых слов, и отдалилась столь же величественно и плавно.

Рамона, оставшаяся с носом, сдерживала себя из последних сил, и казалось, что она вот-вот взорвется от негодования.

Впрочем, кое-какое событие ее отвлекло – наконец приехали обещанные гости.

Прибыло еще около десяти вампиров. Всех их отличала невероятная красота и излишняя бледность. И любого из них можно было смело брать в фотомодели.

Рядом с каждым вампиром шел один или два человека. Лица большинства из них казались пустыми, как у кукол. Некоторые, наоборот, радостно улыбались. Но по сравнению с немертвыми даже самый красивый из них казался каким-то неполным и негармоничным. Словно репродукция картина рядом с оригиналом.