Руда. Возвращение. Скрижали о Четырех

Он терпеть не мог глупые сказки про Живую и Мертвую струи Аргоссы, но в Хвиро они прижились. Тем временем Истерро замер, сосредоточившись на переменах, происходящих с его организмом, деловито прощупал собственный пульс, исследовал ногти, не поленился встать, чтобы, сменив освещение, изучить зрачки в крохотном зеркальце.

– Мне бы очень хотелось осмотреть вашу фляжку, – умоляюще сказал он Эрею, но тотчас сник, опуская глаза. Потом вскинулся снова: – За право ее осмотреть я отдал бы заклятье Двойного Щита.

– Я его знаю, – отрезал Эрей, но, поймав опечаленный взгляд монаха, смягчился и пояснил: – Фляга сделана из особого серебра, закаленного поочередно в источнике Каменной Силы и роднике БесСилья, которые вы называете Струями.

– Откуда она у вас?

– Досталась в наследство от великого мастера, знатока руд и камней.

Истерро притих, борясь с искушением разворошить чужие секреты, любопытство добивало в нем деликатность, и Эрей приготовился к новым расспросам, но положение спас заскучавший Викард.

– Хей, други! – вдруг гаркнул он, для большей весомости саданув кулаком по буфету. Хрупкий шкафчик жалобно хрустнул и затренькал стеклом и фарфором. – А не завалиться ли нам в ближайший кабак? Я вот ужас какой голодный, да и вам не мешает… того… подкрепиться.

Эрей благодарно прикрыл глаза: его побратим точно знал, что темных магов нужно кормить после битвы, а не пытать бесконечными разговорами.

– В харчевне Хербенса подают божественный чай в глиняных кружках, особый сбор степей Юциня, – слегка оживился монах, понадеявшись, видимо, что сытый маг станет чуть откровеннее. – А еще там есть бисквиты и яблоки в кляре, чудо как хороши.

Эрей кивнул. В той же харчевне два года назад он попробовал славные гренки с солью и салат из рыбы с морской капустой.

– Тьфу, пропасть! – выругался инь-чианин. – С вечными мажьими постами свихнешься! Будете сидеть с кислыми рожами и благочинно смаковать отраву.

Истерро опять гневно дернулся, но Эрей удержал:

– Не стоит. С этим обычаем только смириться.

– Как вы терпите этого варвара? – с горечью вопросил Истерро, даже руки воздел в балаганном жесте, но оборвал сам себя, махнул двумя сразу: – А, ну вас! Пойдемте куда-нибудь, мне все равно.