У волшебства запах корицы

Ну и пусть, за эстетикой не гналась, главное – выбраться отсюда как можно скорее.

Привязав один конец «веревки» за изголовье кровати, другой скинула в окно и залезла на подоконник. Таракашка привычно устроил засаду в волосах. Еще раз глянула вниз, и меня охватил ужас: ведь я все-таки девушка. Вцепившись в откосы, сделала шаг назад, в сторону комнаты.

– Именно этого я и боялся, – сказал членистоногий подстрекатель.

– Пустяки, пустяки, – прошептала я, скорее для самой себя, нежели для Фира. – Я закрою глаза.

Внутри меня поселилось чувство, что счет шел уже на минуты. Я покрепче обхватила руками простыню, обвив ее еще для надежности и ногами, и начала медленно спускаться. Уже на первом метре руки от непривычной работы занемели. Несмотря на тяжесть моего тела, импровизированная веревка качалась в воздухе: на высоте гулял шквалистый ветер, хотя небо было по-весеннему ясным.

Вдруг у самого уха я услышала:

– Тише, я слышу, внизу кто-то идет, – сказал таракашка.

– Нас заметили? – я приоткрыла глаза.

Мы молча замерли, прислушиваясь.

– Нет, – вынес вердикт таракан, – ничего страшного.

– Кто это был?

– Это стражи обходят территорию.

– И каков же их маршрут?

Фир свесился с плеча, балансируя на задних лапах.

– Судя по тому, что я вижу их внизу, – под нами.

– Они нас заметят.

– Нет, не думаю. Конец того, что ты с гордостью назвала «веревкой», висит на уровне второго этажа. А ребятам из стражи, судя по всему, гораздо интереснее то, что плещется на дне их фляжки, которую они поочередно передают друг другу, чем небесная высь.

– Что же это за стража такая, которая с утра пораньше и… – Меня оборвал снисходительный смешок Фира.

– Полагаю, повод есть – хозяин отбыл, хозяйка, уж извини, но здесь ты пока никакая, можно и расслабиться.

Вдруг таракашка оборвал сам себя:

– Тише!

Затаив дыхание, мы неподвижно висели в пятнадцати метрах над землей.

Именно в этот момент под нами, смеясь и разговаривая, проходили солдаты.

Эта минута показалась мне вечностью.

Патруль прошел; шаги и голоса понемногу затихли.

– А теперь давай, шустри, девочка, – скомандовал таракан, и, по ощущениям, сам он начал в моих волосах отплясывать джигу, не иначе.

Я снова начала спускаться. Добравшись до конца «веревки» и не чувствуя дальше опоры под ногами, стала цепляться за узлы, как подводник при подъеме с глубины за мусинги. Правда, в отличие от спецузлов корабельных снастей, мои были на порядок толще.