Достать дракона, поймать корону

Меня же стал терзать вопрос: куда дракон при трансформации прячет свою одежду? И вообще, что с ней происходит? Волколаки вон ее рвут в клочья, если не успели снять перед оборотом…

– Эй, ты чего там застыла? – требовательно вопросил клинок.

– Не мешай мне. Я очень занята, – произнесла сердито. Выискался тоже, убийца несчастный, на мою голову! Лишь бы прирезать кого… А мне потом думай, что делать с трупом.

– И чем же? – въедливо уточнил клинок.

– Дышу! – стиснув зубы, прошипела я.

– А… самокопанием, значит, занимаешься, – глубокомысленно изрек Эш.

– Лучше мандрагору, – мрачно изрекла я.

– Зачем? – не понял клинок.

– Чтобы, когда ты ее достанешь, она за меня могла ярко, громко и нецензурно выражать все, что я о тебе думаю!

– Сильно нецензурно? – уточнил Эш, до которого стало доходить, что он сделал что-то не то.

– Очень, – заверила я клинок. – Ты пытался угробить моего мужа.

– Тю! Муж – это всего лишь условность, навязанная этикетом. Да и вообще, с учетом дворцовых интриг, понятие временное… – начал было разглагольствовать кинжал и, вдруг осекшись, протянул: – Хозяйка, только не говори, что он тебе…

– Не говори глупостей! – отрезала я. – Конечно, нет!

Произнесла это уверенно и категорично. Эх. Мне бы в душе такую же уверенность, как в голосе…

– Фух. А то я уж испугался. Еще это твое предсказание о собственной смерти… – протянул клинок, с намеком так, и предложил: – А может, твоего мужа тогда все же убьем… Превентивно.

– Нет, – во второй раз рявкнула я.

– Эх… Ну нет так нет… – опечалился кинжал. – Ладно, давай я его не буду трогать, раз уж ты так против…

– А всех остальных драконов? – уточнила я.

На что услышала горячее:

– Еще как буду!

– Откуда в тебе такая кровожадность к крылатым? – задала я мучивший меня вопрос.

И ответ на него меня весьма озадачил…

Из рассказа Эша выходило, что раньше было противостояние двух рас: драконов – сынов неба, наделенных даром стихий, и детей ночи – магов крови, жизни, смерти и времени.

– Просто энергии? Магической? – уточнила я, заподозрив неладное. Уж больно обтекаемая формулировка была у клинка.

– Жизни, – нехотя ответил клинок.