Привет, земляне!

 – Должны же эти голые куда-то деваться? Собираются, стало быть, в этой квартире, и там…

– Что там? Пьют? Колются? Девочек трахают?

– Таких сигналов нет, – признал оперативник. – Но проверить надо. Или ты считаешь иначе?

– А может пойти сначала к Осипову? Поговорить по-мужски?

– По-мужски, это как? Треснуть по голове для завязки разговора или подойти и доверительно спросить: Сергей Степанович, а вы случайно не извращенец?

– Погонят… – простонал командир спецназа. – Как пить дать, погонят из органов…

– Ты работать будешь, или как? – прервал его эмоциональные переживания черствый опер.

– Я буду. Но и ты пойми. По закону ребят на такое дело я поднимать не могу. Есть несколько человек, к которым можно обратиться неофициально. Типа по дружбе. Но это и всё.

– Мне больше не надо, – радостно воспрял Дубов. – Сделаем так, что вы, типа, случайно проезжали мимо и заметили непорядок.

– Эксгибициониста?

– Да хоть его.

– И решили принять меры. Так?

– Вполне. А там уж, как ляжет.

– Ты, Дубов, осторожнее выражайся, – заметил Федор, потянувшись к кнопке внутренней связи.

– Ладно, уболтал. Как встанет.

– Дубов, бля!

Глава 4

Работает ОМОН

Из машины выгрузились не у самого дома с нехорошей квартирой, а за соседним углом. Стояла нарядная зима: деревца, опушенные инеем, сполохи предновогодней иллюминации на фоне сгущающихся сумерек, свежий снежок, укрывший газоны… Даже близлежащая помойка с новыми желтыми контейнерами смотрелась сегодня опрятно и умиротворенно.

– Ну, готовы? – Федор на правах командира оглядел соратников.

Соратников было пятеро: сам Столбов, двое его подчиненных, готовых на выполнение неформальных действий, местный участковый (он единственный был в форме) и Дубов, как инициатор акции.

– Идем тремя группами, – довел диспозицию спецназовец. – Впереди участковый. Он, типа, что-то заметил и привлек нас. А Дубов подтягивается по факту. Все ясно?

Все сосредоточенно кивнули.

– Тогда вперед.

Видели ли вы когда-нибудь, как во время боевых действий двигается спецназ? О, это зрелище! Своеобразный сюрреалистический балет, где вместо хрупких танцовщиц в белых пачках бесшумно двигаются пластичные черные фигуры с оружием наизготовку.

Нет, по двору наши герои шли, как нормальные люди. А вот когда они просочились в подъезд, сработал автоматизм бойца, приученного вести бой в трех измерениях. Первый, на полусогнутых, поднялся на один пролет. Двое прикрывают.