Эр Тёштюк и утраченный Джан

Сердцем Тёштюк понял, что это и есть Колдун.

– Далеко ли собрался? – спрашивает голос. – Конь тебе передал, что искать меня несложно. А ты как понял? Или собираешься объехать весь земной шар?

Белое облачко двигалось по воздуху, при этом голос доносился оттуда.

У великого Данте есть строки:

«Здесь нужно, чтоб душа была тверда;

Здесь страх не должен подавать совета»[12 - Данте «Божественная комедия». Ад. Песня Третья. Строки 14-15.].

– Не бойся человек своего чувства, с тобой ничего страшного не случится, – снова Тёштюк слышит голос из облачка.

Тогда он отвечает:

– Человек священен, без него жизнь не была бы такой. Жизнь на земле, где сады благоухают, колосья качаются на ножках, воздух, шум рек – всё это подарила нам Вселенная. Мы лишь её пылинки. А что касается моего чувства – это пустяки.

– Я ищу в твоих глазах, гордец, страх, а ты ударился в прославление земли, – тотчас раздался голос из облачка и таинственно притих.

– Бояться я не намерен, – сказал твёрдо богатырь.

Но, глянув вниз, увидел под копытами своего коня гребень горной цепи Ала-Тоо.

– Как же так? – подал голос Чалкуйрук. – Мои копыта ни на что не опираются, а скачем мы по-настоящему.

Тут, похоже, Колдун вмешался и что-то сделал: конь под богатырём, потеряв устойчивое положение, резко провалился вниз!

Потом они так и падали, казалось, стоя на одном месте, вниз, вниз, бесконечно вниз!

– Пойдём-пойдём, я тебе покажу пик Ленина, – злорадствовал Колдун.

– Мне известно, что ни один из моих близких не уподоблял Ленина Богу, – ответил Тёштюк.

– Конечно, он предпочитал диктатуру атеизма. А как же?

– Мои ближние жили смиренно, они были атеистами, тем не менее чувствовали себя в безопасности, – продолжил Тёштюк.

– А когда молились Тенгри[13 - Тенгри – Бог. Тэнгир – у киргизов, Дингэр – у шумеров.], было хорошо? – спросил Колдун.

– Кто-нибудь из шестого колена моего рода ответил бы на твой вопрос.

Недолог оказался путь, потому как богатырь видит, что они опять на плече пика Хан Тенгри.

– Верблюд знает, что жуёт, а что проглотит не замечает, – отвечает Колдун тут же.

Обогнули вершину троекратно, как и пик Ленина раньше, так низко, что любой бы смог рассказать об увиденном.

Тёштюк нутром чувствует, что Колдун хочет заставить его просить помощи.

– Гряды горной цепи Хан Тенгри неизгладимы, – говорит вместо ответа богатырь.