Вестники Весны

– Когда ты успела так отъесться?

Без ответа она уткнулась мне в шею сопливым носом. Вот гадость. Я перебросил её так, чтобы она слюнявила хотя бы не кожу, а одежду. Пока возился с Соплежуйкой, едва не упустил ведьмовских сестёр из виду. Тем временем они зашли в лес.

Сперва мне показалось, что среди стволов установлены очередные статуи, но дремлющие фигуры были слишком реалистичны для идолов. Одни из них неестественно вытянулись, и из их тел к небу устремились чёрные ветви, другие и вовсе приняли облик деревьев, оставив в стволах лишь лица, мягко обведённые контуром коры.

 Таких деревьев становилось всё больше. Да это же кладбище! Дикари, заснувшие вечным сном, окончательно срослись с землёй и пустили корни!

Откуда-то донёсся детский смешок, и мне почудилось, что из-за дальней берёзы выглянул невысокий человек, прячущий лицо под пушистым капюшоном. Незнакомец был какой-то белёсый и прозрачный. Как будто ритуал сестёр и впрямь призвал кого-то потустороннего. Незнакомец указал на нас и поманил к себе.

Рядом с ним возникло ещё одно похожее существо, только повыше, и голоса обоих зашелестели, словно ветви, перебираемые ветром, дурманя и заманивая в чащу. Мои ноги сами сошли с тропы, подчиняясь, зову. Тот, что в капюшоне улыбнулся, показывая мелкие зубы, острые, словно не человечьи, а собачьи. В предвкушении они клацнули, нарушая ритм шёпота, и я вздрогнул.

Остановился, противясь чарам, и почувствовал их злость: бушуя и шепча всё громче, глотая слоги, меняя местами буквы, духи, будто голоса, вырвавшиеся из моей головы и обретшие воплощение в реальности, звали за собой.

Всё закружилось перед глазами, я выпустил оттягивающую руки Лилёк, закрывая уши.

Очнулся от странного звука: Лилёк испугалась и захныкала, сидя в сугробе. Тошнота и кружение вокруг меня успокаивались, и я попытался подняться. Не вышло. Замутило. Остался на земле. Белые существа исчезли, словно их нарисовало испуганное воображение, а из-за деревьев уже показались знакомые силуэты: девочки пристроили свой хлебец и, опустив головы, шли обратно.

– Алекс, Соплежуйка, – прошептала Дэйкири, остановившись, – чего расселись?

Она постучала пальцем по виску, намекая на то, что мы с ума сошли в сугробе сидеть. Мысли возвращались в привычное состояние, которое я принимал за точку отсчёта реальности. Зря я увязался за ними: без антипсихотических средств уже начались зрительные галлюцинации, и скоро голоса вовсе меня доконают. Я подхватил Лилёк и зашагал за троицей.