Дело дамы с леопардами

Папаша, как тебе не стыдно врать, когда в этом нет никакого смысла!

– Отчего же я вру-то? – обиделся похоронный церемониймейстер. – Ай-яй-яй, ай-яй-яй-яй. Ладно. Живите, как хотите. Останусь, как Иов.

– Оставайся, как Иов.

– А когда явится мне Спаситель, я ему скажу: вот ты сделал крокодила, и левиафана, и вот это все разное, – гробовщик обвел вокруг себя руками, обозначая бескрайний мир. – Сколько же ты понаделал всякой дряни! Ты сотворил неблагодарных сыновей и дочерей человеческих! Ты отвратил их от отчего дома своими дурацкими выдумками! Ты вселил в них мечту – и заставил страдать! – он покивал собственным словам.

Джейк тоже покивал.

– Знаешь, что Он тебе скажет? «Левиафан и прочее – это все глупые выдумки моего старого папаши. А ты ябеда».

– Кому же мне еще поплакаться? – пробормотал похоронный церемониймейстер.

– Да с твоим характером больше и некому. Кроме Господа, которому ты тоже надоел.

– Ты прав, – голос отца сделался кротким. – Более достойных собеседников у меня нет.

Саммерс уже спустился с крыльца, но вновь вернулся.

– Слушай, папаша, а где мать? – спросил он. – Я, конечно, тот еще подарок, но… она могла хотя бы выйти.

– Мать? – поразился гробовщик.

– Мать, – повторил Джейк.

– По-моему, она умерла, – отец поскреб брюхо под жилетом. – Я плохо помню. Пес знает. Это важно?

Повисло молчание.

– Я очень удивлен, что ты не знаешь этого, – продолжал похоронный церемониймейстер. – Для тебя она была мать, а для меня всего лишь жена.

– Скучала? – не поверил Джейк. – Да она была счастлива, когда я уехал!

Он выждал немного.

– Может, и так, – отец устало махнул рукой. – Я не помню. Славьте Господа.

Глава 13, в которой творится уже полный апокалипсис

– Мама умерла давно, – Эмми вела зонтом по забору дома Лароз (с той стороны взбеленилась собака). – Это было через год – наверное? – ну, или немного больше, после того, как ты уехал.

– От родов? – поразился Саммерс.

Он посчитал: восемнадцать лет – София, семнадцать – Дороти, пятнадцать – он сам, и три – маленькая Эмми. Сколько же матери было тогда лет? Он никогда не знал этого. По его воспоминаниям, когда он уезжал из родительского дома, ей было лет тридцать пять-тридцать шесть. Не старше, значит, чем миссис Маллоу… ее близнецам сравнялось девятнадцать в этом году.