Приключения Арсена Люпена

Вполне возможно, что там его ожидает достойный конец. Могу даже признаться, таково его намерение.

– Но ведь Арсен Люпен останется с нами?

– Вне всяких сомнений! Арсен Люпен еще только начинает свою карьеру и твердо рассчитывает…

В порыве непреодолимого любопытства я бросился к нему, увлекая его в сторону от мадам Андерма:

– Значит, вам удалось найти второй тайник, тот, где лежали письма?

– Да, пришлось поломать голову! Нашел его только вчера в полдень, пока вы отдыхали. А ведь только одному Богу известно, как это просто! Но о самом простом думаешь всегда в самую последнюю очередь.

И, показывая мне семерку червей:

– Я догадался, что открыть большой сейф можно, приложив пластинку к мечу этого старикана из мозаики…

– А как вы догадались?

– С легкостью. Помогла личная осведомленность. Я знал это уже двадцать второго июня вечером, когда пришел сюда…

– Когда расстались со мной…

– Да. После того как выбрав нужную тему для разговора, привел вас в соответствующее душевное состояние, и тогда такой впечатлительный и легко возбудимый человек, как вы, неизбежно должен был позволить действовать, как мне заблагорассудится, причем не вылезая при этом из постели.

– Все рассчитано точно.

– Когда я шел сюда, я знал, что существует шкатулка, спрятанная в сейфе с секретным замком, что семерка червей – это ключ, кодовое число замка. Оставалось лишь поместить семерку в то место, которое явно ей отводилось. Мне хватило часа внимательного наблюдения.

– Часа!

– Да, он ушел на изучение старца с мозаичного панно.

– Старого императора?

– Этот старый император – точное изображение короля червей на всех карточных колодах, портрет Карла Великого[33 - Во французской карточной колоде король червей традиционно ассоциируется с Карлом Великим, королем франков (742–814).].

– В самом деле… Но почему семерка червей открывает то большой, то маленький сейф? И почему сперва вы открыли только большой?

– Почему? Да потому, что я упорно ставил семерку в одно и то же положение.

– Черт побери!

– Разумеется, но нужно было до этого додуматься.

– Еще одно: вы же не знали про письма до того, как мадам Андерма…

– Упомянула о них при мне? Да, не знал. В сейфе, помимо шкатулки, я нашел лишь переписку двух братьев, которая и навела меня на мысль об их предательстве.