За гранью света

Вся боль, всё горе и предательство любимой излились наружу и потекли, полетели вперед, к центру миров. Тропы у камня стали таять одна за одной, а миры гаснуть.

Тропы. Сумеречный свет

Сильный ветер развевал волосы девушки, рвал подол тонкого платья, обнажая бедра, толкал вниз с края скалы. Она стояла спиной к бездне и лицом ко мне, улыбалась. Вдруг она шагнула назад, раскинув руки, и ветер подтолкнул ее, роняя в темноту под уступом. Я подошел ближе к краю, наблюдая, как хрупкая фигурка падает вниз, переворачиваясь лицом к стремительно приближающейся земле.

Распахнулись мощные перепончатые крылья, и существо – уже не девушка – скользнуло прямо над землей и в два сильных взмаха крыльев набрало высоту, уносясь вдаль, к чернеющим на фоне догорающего заката горам. Миа любила уходить именно так, маленькая стервочка.

Я не спеша развернулся и начал спускаться. Лететь было откровенно лень, тем более что крылья даны каждому в нашем клане, и за день патрулирования Тропы нарезаешь столько кругов, что они просто отваливаются, а ноги, кажется, скоро атрофируются за ненадобностью.

Преимущества летучих мышей были полностью в нашем распоряжении, но при этом великолепное ночное зрение добавляло удобств сумеречной жизни. Жаль, что я работаю днем.

С утра, сопя и покряхтывая, я спустился по пологой части склона и двинулся в сторону домов. Вполне человеческие постройки с удобными кроватями давно заменили нам высокие горизонтальные перекладины для сна. Да и большую часть времени Летучие предпочитают человеческий облик.

– Эй, кровосос! – раздалось из двора ближайшего дома, и я, поморщившись, оглянулся. Иан сидел на скамейке с сигаретой в зубах, рядом лежала гитара.

– Сам кровосос, – огрызнулся я и подошел к другу.

Вообще-то это было оскорблением, так как Летучие были вегетарианцами и избегали употребления мяса и крови людей и животных. Именно из-за худших и самых жестоких представителей нашего вида и пошли среди людей легенды о вампирах. Впрочем, остальным повезло не меньше: любой из жителей Троп избегал потребления мяса, так как оно действовало как наркотик.

Наша изоляция от человеческого мира помогала избегать досадных срывов, ведь все легенды про монстров пошли именно от нас.

– Завтра в патруль? – спросил Иан.

– Угу, – грустно кивнул я.

– Когда ж у тебя выходные-то будут? Слетали бы на Озера.

– Слетали, ага, – скривился я. – Крыльев не чувствую и спать охота. Миа вон тоже любитель полетать, а я всё никак.