Князь Рысев 4

С некогда острых углов крупными, тягучими каплями стекал камень, едва ли не обратившийся глиной.

Здравый смысл не вовремя решил заикнуться, что оплавить камень можно лишь сверхвысокими температурами и…

Отмахнулся от него. Там, где существуют и живут чудища, проклятия и магия, я поверю в что угодно.

Девчонка рванулась еще раз – истерзанный проклятиями камень ухнул от ее усилий, сдался. Вколоченные колья вместе с цепями вынырнули из него, словно из песка.

Я не стал долго раздумывать, схватил девчонку на руки – шокированная, напуганная до безобразия, она льнула ко мне, как к последней надежде.

Потолок решил, что с него довольно. Проклятие, наконец, ухнуло – я почувствовал, как спину обожгло крошевом осколков. Боль взялась за меня не сразу, позволила сделать несколько шагов, прежде чем я, как подкошенный, рухнул наземь.

Мы вместе с девчонкой кубарем скатились вниз. Кондратьич накинулся на нас своим телом, надеясь закрыть от гремящего на все лады обвала.

«Вами получен девятый уровень!» – радостно сообщил мне проснувшийся интерфейс, прежде чем последние силы оставили меня…

***Нам по очень большому секрету просили сказать и никому не рассказывать, что чибик Биски придёт ко всякому, кто оставит к произведению награду любого размера.

Но вы ведь сохраните это в тайне, правда?

Глава 6

Мне снились мамины большие и теплые руки, мягкие объятия, радость улыбки. Я тянулся к ним, не ведая иных забот – смех звонким колокольчиком вклинивался в приятную, вязкую тишину.

Сну не нравилось, что я доволен.

Ему хотелось, как и прежде, травить меня гончими кошмаров – а то чего я такой довольный? Старый Хвост, Франц, тот самый эльфианец – все они спешили навестить меня, одарить мрачным, вопрошающим взглядом. Словно желали устыдить за прежнюю жестокость – со мной, говорили их глаза, они бы так никогда не поступили.

Я отмахивался от таких снов, гнал их прочь и был рад, когда открывал глаза.

Сейчас я тоже был рад. Можно умирать сколько вздумается, а судьба, кажется, так и будет пихать ко мне полуголых девиц.

В этот раз была абсолютно голая. Сжавшись калачиком, она спала у меня на груди, словно на мягкой подушке. Маленькие, изящные ладони стискивали мою руку, словно любимого медвежонка.

Я, наверное, умилился бы, если бы не головная боль.

Интересно, у мигрени могут быть градации? Если высочайшим уровнем считают легендарную, то моя как минимум превосходила все остальные на три ступени и была разве что не космических масштабов.