Эгоистка

– Артур не хочет, чтобы Майк знал об этом. Он сказал, что позаботится о том, чтобы ничего подобного не повторилось, но… Я не знаю. Майк очень чувствителен к Леоне, – она посмотрела на меня умоляюще тёмными глазами. – Я знаю, что об этом нечестно просить, но…

– Да, – сказала я. – Неважно. Я не буду упоминать об этом.

– Кэти…

– Как скажешь, Эшли, – я схватила ещё одну горсть попкорна. Конечно, мы старались не оскорбить тонкие чувства Большого Майка. Конечно, блин, конечно.

– Слушай, может, будет лучше, если Блэр не будет какое-то время тусоваться в студии.

– Не лишай её того, что она любит, потому что ты злишься на Майка, – прямо сказала она. – Я знаю, что это был дерьмовый поступок, но…

Мой рот открылся.

– Ты думаешь, я бы так поступила?

У неё хватило самосознания, чтобы понять, что она переступила черту, и порядочности, чтобы выглядеть пристыженной.

– Нет, я… это вышло неправильно.

Конечно, вышло.

– Я бы не стала, – сказала я. – Я имела в виду… Я просто…

– Я знаю, – сказала Эшли. – Если Блэр не… Если она действительно не хочет проводить там время, мы можем убедиться, что девочкам есть где потусоваться. Это всё вина Артура, помнишь? Так что он может что-нибудь придумать для них. Но если она захочет, я позабочусь, чтобы они… всё было по-другому.

– Она будет знать, если они будут потворствовать ей, – сказала я. – Она не глупая.

– Это не потворство, – она посмотрела на меня, ожесточаясь.

– Конечно. Но Леона – его племянница.

– Неважно. Дани любит Леону, а Леона любит Блэр, и Дани чувствует такую же ответственность за Блэр, как и за Леону. Он провёл так много времени с девочками, что… Он очень заботится о вас обеих, Кэти. Больше, чем ты думаешь.

Что-то кольнуло у меня в груди, когда она это сказала. Я задумалась, но ничего не сказала.

– Он чувствовал себя ужасно, – сказала она. – Я не помню, когда в последний раз слышала, чтобы он был так расстроен. Он не позволит чему-то подобному случиться снова.

– Если ты так говоришь…

– Я так говорю.

Эти слова засели у меня в голове ещё надолго после того, как Эшли и Леона ушли. Даже после того, как Блэр приняла ванну и забралась в кровать, позволяя воспоминаниям об этом дне смыться.