Эгоистка

Люди любили её. Взрослые любили её, дети любили её, даже самый ворчливый ворчун в мире – он же Майк – любил её.

Может, у неё и не было отца, но в её жизни было множество примеров для подражания. Артур, конечно, был одним из них.

Он был её учителем по игре на гитаре, но он также был очень похож на отца, даже за то короткое время, что прошло с тех пор, как они с Эшли сошлись.

Наверное, эта роль становится менее сложной, когда нет никого, кто мог бы тебя с неё вытеснить.

Потом был Дани, весёлый дядя, человек, который баловал её, обращался с ней, как с принцессой, и установил стандарт того, что она должна ожидать от мужчины, когда вырастет.

В каком-то смысле он был и учителем: он показывал ей, как совершать ошибки и как их исправлять. Как веселиться, идти на поиски приключений и жить так, чтобы жизнь что-то значила.

И последним был Майк. Дедушка. Зануда, который неравнодушен к особой изюминке и азарту Леоны и без устали ухаживает за ней.

Для Леоны это было замечательно, я уверена, поскольку Майк был хорошим человеком, со всеми связями и очевидной крутизной.

Но для Блэр это было отстойно.

Конечно, не только Майк виноват в том, что я вошла и увидела, как трое мужчин оказывают знаки внимания Леоне, в то время как моя дочь сидит в офисном кресле.

Все они были виноваты в том, что не заметили выражения её лица, когда она сидела там.

Блэр была не из тех детей, которые скрывают свои чувства; похоже, у неё не было внутреннего голоса.

Она с тоской наблюдала, как Артур смеялся, показывая Леоне, как делать то или иное на маленькой гитаре.

Майк сидел неподалёку и выглядел довольным. Стопка плакатов упала на соседний стол, когда он наклонился вперёд, чтобы в шутку отругать Артура.

Дани тоже ухмылялся, наблюдая, как Леона задорно наяривает, а потом визжит.

К этой тоске добавлялась ревность, хотя я понимала, как она пытается её скрыть.

Была и грусть, и одиночество, и чувство усталости, такое, какое бывает у человека после того, как он пытался, пытался и наконец сдался.

А под всем этим – смятение и что-то такое, что я могла бы объяснить.