Всему свое время. Две повести

Я лежу на мягкой кровати, плотно укутавшись одеялом. Я проснулась, а это был сон. Просто сон…

Я открыла глаза и поняла, что я не у себя дома. Темные обои с монотонным рисунком, шкаф, тумбочка, дверь да кровать. А, и окно, с плотно задернутыми шторами прямо надо моей кроватью. Я тихонько встала и повернулась к нему…

– Одно дело – учения, другое дело, когда на кону реальная жизнь, – продолжал голос из соседней комнаты.

– Я больше не хочу думать об этом, – тихо ответил другой.

Плотные темные шторы я легким движением отодвинула вбок и… Это… не… сон…

За окном летали машины, голограммные рекламы не переставали светиться ярче солнца, люди, одетые по-разному, абсолютно не замечали друг друга.

Мимо окна прошел гражданин: яркая рубашка со странным круглым вырезом у шеи, завернутым в трубочку, темные как бездна штаны, странные туфли, позволяющие ему левитировать на пятнадцати сантиметрах от земли. Они почти не говорят, все диалоги совершаются с помощью каких-то приборов на головах и, закрывающих их лица, голограмм. Переписки, передача данных, поколение молчунов…

– Ну по крайней мере тебе явно есть чем гордиться, – мой интерес наконец дошел и до голоса из соседней комнаты.

Я подошла к двери, и медленно приоткрыла ее. Первым делом мой взгляд упал на камин и на потрясающую огромную хрустальную люстру, которая пугала своими размерам. Разумеется, потолок был высок, как во дворцах знатных королей. Однако ничего в комнатах не говорило о «будущем». Наоборот, в этом доме словно пахло раритетами, абсолютно не соответствующими данному времени.

Дверь приоткрылась шире, и я увидела двух парней, сидящих в мягких темно-красных креслах. С одним из них я уже виделась.

– Сказал же, я не хочу об этом го… – взгляд недавнего знакомца упал на меня. Тот резко подорвался с кресла и направился ко мне.

– Рад что ты в порядке! – заявил он. От такого равнодушного парня как он я не ожидала таких эмоций.

Но все что я смогла ответить – это нелепое растерянное бурчание, похожее на бред под анестезией.

Его друг (вероятно друг) тоже поднялся с кресла, будто с неохотой выбирая между мной и теплым камином, и все же выбрав меня:

– Как себя чувствуешь?

Наконец я смогла разглядеть и его: внешне он ничем не отличался от людей из моего времени, как, собственно, и первый парень. Светлые волосы зачесаны на бок, расстегнутая красная рубашка, несмело прикрывающая торс, темные джинсы и кеды. Ростом он был примерно, как и его друг, возможно чуть выше.