Графиня по воле случая

 – Леди Ротберн обратила внимание на вымокшую одежду Эмили. – Не хотели бы вы переодеться? У моей дочери наверняка найдется пара лишних платьев. Ханны дома нет, она в школе, так что возражений не будет.

– Спасибо. Но я ненадолго. – Эмили кивком попрощалась с леди Ротберн и тихонько выглянула из комнаты.

В коридоре никого не было, так что она поскорее метнулась к нужной двери, распахнула ее и влетела в комнату. Стивен раздевался ко сну.

У основания его шеи виднелась черная татуировка, точно такая же, как у ее брата.

– Что ты здесь делаешь? – Стивен нахмурился и потянул рубашку обратно. – Я думал, что ты собираешься оставаться в Фолкирке.

При виде его обнаженной груди Эмили невольно отступила. Он двинулся навстречу, и Эмили отвела глаза, пытаясь не смотреть на его грудь. Рельефные мускулы там пересекал рваный шрам длиной в несколько дюймов.

– Я передумала. – Она не стала объяснять свое решение. Но даже если она расскажет ему всю правду, он, скорее всего, не поверит.

– Ты же насквозь мокрая! Подойди к огню.

Он смотрел на ее волосы, и Эмили сообразила, что потеряла большую часть шпилек. Волосы рассыпались по плечам.

– У меня нет времени. Дети снаружи в экипаже, – сказала она. – Я привела бы их с собой, если бы твой отец не вышвырнул меня на улицу.

Лицо Стивена исказилось гневной гримасой. Он был в ярости. Его жена приехала в Лондон, а Джеймс так отвратительно с ней обошелся.

– Я рад, что тебя это не остановило.

Он шагнул к ней, снял с ее головы шляпку и, вытащив оставшиеся шпильки, провел раскрытыми пальцами, как гребнем, по волосам.

– Встань у огня и согрейся, – пробормотал он. – Я пошлю за детьми слугу.

– Это же не чемоданы! – возмутилась она. – К тому же твой отец не хочет видеть их здесь.

Но Стивена не интересовали желания отца.

– Тогда вот что: я только что купил дом в паре миль отсюда, думаю, он вполне подойдет, хотя там нет слуг, да и мебели немного.

Он положил ладони ей на плечи, слегка помял, и позволил своей руке скользнуть ниже.

– Что… Что ты делаешь? – Ее руки покрылись гусиной кожей, голос задрожал. – Держи свои руки при себе, Уитмор!

Она ведет себя как девственница, не как женщина, на которой он женился. Он прикоснулся губами к ее шее, вдохнув ванильный аромат ее кожи.