Своенравная невеста

– Это – брачная традиция.

Наш брак весьма нетрадиционен. Сейчас двадцать первый век, и масса пар женится не меняя фамилий. Прости, что разочаровываю тебя, но менять фамилию я не буду. Это даже не обсуждается.

– Но у ребенка будет моя фамилия. – Он смотрел на нее, и его голубые глаза, обычно такие теплые и живые, излучали ледяной холод. – Это тоже не обсуждается.

– Пусть будет так, – произнесла она столь же холодным тоном.

– Хорошо. – Лед в его глазах, казалось, слегка подтаял. – Означает ли это, что ты согласна выйти за меня?

– Неужели ты все еще хочешь жениться на мне? – с едва заметной усмешкой спросила она.

Да, если Кристиан хотел заполучить жену, которой можно вертеть как угодно, он наверняка уже понял, что с ней это не пройдет. Она не хотела вредничать специально, но понимала, что правила надо устанавливать еще на берегу. Она слишком много и тяжело работала, чтобы стать тем, кем она стала, чтобы сдать свои позиции без боя. Тем более ради мужчины.

– Я хочу сделать так, как будет лучше для ребенка.

– Как и я.

Что ж, если ради этого придется выйти замуж за Кристиана, значит, так тому и быть. Рокко всегда говорил, что Кристиан – человек слова. А значит, если она откажет ему, он не объявит о своем отцовстве раньше, чем ребенок появится на свет. Пресса раздует скандал, вываляет в грязи ее, Рокко… Разве Рокко заслужил это? Он достаточно настрадался из-за нее.

Но сильнее всего от слухов и сплетен пострадает ребенок. А этого Алессандра не хотела.

Нет, в этой ситуации замужество будет весьма практичным шагом.

– Как мы осуществим это все на практике? – спросила она, пытаясь оттянуть момент, когда ей придется вслух согласиться стать женой Кристиана.

– Каждый из нас по-прежнему будет жить собственной жизнью. – Он внимательно смотрел на нее. – Свадьба будет скромной. На публике мы будем демонстрировать единение, но при этом можем жить в разных комнатах и вообще сохранять независимость.

– На это я согласна, – кивнула Алессандра.

– Но в первую брачную ночь и во время медового месяца нам придется спать вместе. – Кристиан не сводил с нее взгляда. Как и Алессандра, он считал, что в их союзе не должно быть недоговоренностей. И если они не раскрывают души навстречу друг другу, то глаза у них обоих должны быть открыты.

– Думаю, нам не стоит так далеко заходить. – Щеки Алессандры залил румянец.

– Я хочу, чтобы наш брак был законен во всем.