Черные кувшинки

На плечи Беатрис набросила кремовую шаль, красивыми складками ниспадавшую на круглый живот и делавшую ее похожей на античную статую и оттенявшую персикового цвета кожу. В глазах у нее плясали смешливые искорки. Интересно, подумал Серенак, Беатрис всегда была так прекрасна или неземной красотой ее наделило будущее материнство? Во всяком случае, у него сложилось впечатление, что она переполнена счастьем, весь ее облик будто светился. Лоренс что-то такое читал на эту тему в журналах, но своими глазами наблюдал впервые.

Одновременно кольнула грустная мысль, что он, наверное, стареет: еще несколько лет назад ему бы и в голову не пришло, что беременная женщина может быть такой сексапильной.

– Сильвио, – сказала Беатрис, усаживаясь на стул, – ты не принесешь мне стакан сока? Все равно какого.

Сильвио вскочил и бросился на кухню. Беатрис поправила шаль у себя на плечах.

– Значит, это вы – знаменитый Серенак?

– Почему «знаменитый»?

– Сильвио мне про вас все уши прожужжал.

Вы не перестаете его удивлять. Точнее говоря, изумлять. Ваш предшественник использовал более… классические методы.

С кухни донесся голос Сильвио:

– Ананасовый подойдет?

– Да!

После секундной паузы она, в свою очередь, крикнула:

– А бутылка открытая?

– Да, вчерашняя.

– Тогда не надо!

Они немного помолчали.

– Нужно в подвале посмотреть, там еще должен быть.

Может, беременные женщины и сексапильны, думал Серенак, но до чего капризны. Любопытно, а в нормальном состоянии жена Сильвио такая же пышнотелая? И ведь не спросишь…

– Правда, он прелесть? – спросила Беатрис.

 – Лучший из мужчин. Знаете, Лоренс, я ведь его давно заприметила. И сразу себе сказала: «Чур, мое».

– Подозреваю, что он не слишком долго сопротивлялся. Перед вами трудно устоять.

– Спасибо. – Шаль сползла с плеч, и Беатрис снова подтянула ее. – Приятно услышать комплимент, особенно от вас.

– Почему особенно от меня?

– Потому что вы умеете видеть женщин.

Она произнесла это с легкой иронией. Шаль, разумеется, снова соскользнула, после чего Лоренсу не оставалось ничего другого, как перевести глаза на плоды мастерства Сильвио и его папаши.

– Мне он тоже нравится, – изучая взглядом балки, кирпичную кладку и стеклянные двери, сказал он. – И не только из-за шоколадных кексов и коллекции грилей.

Беатрис улыбнулась.

– Симпатия у вас взаимная. Хотя я не уверена, что это мне по душе.