Слуги этого мира

– Да? – хмыкнул отец, не обратив на супругу внимания. Он посмотрел на нетронутый окорок перед собой, а затем – в окно, на затылок Стража. Тот неподвижно стоял у калитки, как и всегда. – Гордая тварь.

Нонна вскрикнула снова, но теперь в туго сжавшие рот ладони. Она шикала на Гектора и металась по кухне, будто искала место, где могла спрятаться, но Страж не повел и ухом. Помона не знала, слышал он реплику отца или нет, но, как бы то ни было, не демонстрировал никакой реакции.

– Это ты ему оставил? – изумилась Помона.

Гек кивнул. – Зачем, пап?

– Пока болел, эти вас кормили мясом, – буркнул отец. В его тоне было больше ненависти, чем благодарности. – Я ведь тоже гордая тварь.

Помона ничего не сказала. Ее внимание привлекла сестра, которая подозрительно притихла в прихожей.

– Проклятье, Ида!

Помона кинулась к ней. Девочка размазывала по полу лужицу крови, которая накапала с окорока, пока Помона мялась у порога.

– Я хотел с тобой поговорить, – сказал отец.

Помона застыла на корячках с тряпкой в руке.

Она уже вытерла Иду и теперь мыла пол, стараясь не терять непоседу из виду, когда Гектор снова подал голос.

Она выпрямилось, подняв на мужчину настороженный взгляд. Мама притихла. Иногда Помоне казалось, что голос отца чем-то походил на голос Стража: говорил он редко, и чаще – по делу. И когда открывал рот он, его закрывали прочие члены семейства.

– Что случилось?

– Иди сюда.

Чувство тревоги нарастало. Помона, стараясь не глядеть на Гектора, прошла мимо него и сполоснула руки прежде, чем сесть с ним за стол.

Он что, узнал, что было сегодня в школе? До него дошел слух о том, что Помона учудила скандал прямо во время урока и схлопотала от Стража наказание?

– Что случилось? – повторила она, опустившись на соседний табурет.

– Это ты мне расскажи, что произошло сегодня с семейством Имдингов? С Ханной и ее женихом Рубеном?

Узкие глаза Помоны, доставшиеся ей от матери, расширились.

– Откуда ты знаешь?

Отец стрельнул взглядом в окно, на Стража, и нехотя приложил палец к губам.

Он не боялся бдящих и никогда не понижал голоса, обсуждая их, но в этот раз поостерегся, призвав дочь следовать его примеру. Он вытащил из кармана маленький клочок бумаги, перегнулся через стол и подал Помоне.

Это была сложенная в несколько раз, торопливо нацарапанная записка – приглашение на собрание «Негласного Движения». Кратко была изложена в ней и причина срочного сбора:

Страж уничтожил молодую семью – мой союз с Ханной.