Охотники за головами

Хаско четко развернулся и вышел строевым шагом. Когда за ним закрылась дверь, доктор Фонтен перевел взгляд на своего помощника и спросил:

– Что плохого скажете мне вы, Руцбанн?

– Ну почему же сразу «плохого», сэр?

– Да потому, что вы здесь, на «геркулесе», все будто сговорились. – Доктор вышел из-за стола и, подойдя к герметичному аквариуму, постучал по нему пальцем. Золотые рыбки испуганно метнулись в гущу искусственных водорослей, подняв со дна частички мусора.

«Как же в таких аквариумах меняют воду? – подумал Фонтен.

– Сегодня утром я говорил с адмиралом, – сообщил доктор. – И мне пришлось его заверить, что все идет по плану, хотя это не так. Я уже вынужден врать и оправдываться, как школьник…

– Но кто же знал, сэр, что они настолько нестабильны? – попытался поддержать шефа Руцбанн.

– Я должен был знать, Фредди, я… Ведь, руководствуясь именно моей теорией, военное ведомство пошло на такой шаг. А теперь оказывается, что объекты нестабильны, а я этого не предвидел…

Фонтен вернулся к столу и сел, подперев руками голову.

– Что говорят строители?

– Просят еще двенадцать часов. Они утверждают, что бетонная пена раньше попросту не встанет. То есть не наберет свою прочность.

– А что говорят наши теплофизики?

– К сожалению, ничего утешительного. Ситуацию можно держать под контролем еще часов шесть. Максимум – восемь, а потом…

– Что будет потом, я знаю без вас, Руцбанн, – оборвал помощника доктор Фонтен. Он замолчал, и в кабинете воцарилась тишина.

Руцбанн вздохнул и от нечего делать стал рассматривать стены.

Вот картина Фейта-младшего. Похоже, что подлинник. Вот книжная полка, где среди других стоят три тома «Прикладной психокинетики», написанные самим доктором Фонтеном. А вот гвоздь, который вбили прямо в пластиковую облицовку. Раньше на нем что-то висело, а теперь гвоздь остался сам по себе.

– Так… – произнес наконец Фонтен и резко поднялся. – Пойдемте, Руцбанн, я хочу лично взглянуть на объекты…

– Вы хотите посетить криобоксы?

– Да, именно это я намерен сделать.

– Едва ли это хорошая мысль, сэр. Ведь это небезопасно…

– Если мы потеряем контроль над образцами, дорогой Фредди, наши жизни и гроша ломаного не будут стоить. Да и бедному Ганнибалу тоже не поздоровится…

Делать было нечего, и Руцбанн пошел сопровождать шефа на технологический этаж. Там под многослойной теплоизоляционной защитой находился отсек термостатики.