Вилея

– Я зайду? Надо поговорить.

– Может, пройдем в обеденный зал? Я помогу, – попытка забрать поднос не увенчалась успехом.

– Надо наедине, – шепнула мама и, пошатнувшись, шагнула в комнату, вынудив меня отодвинуться.

– Ты меня пугаешь.

– Нет. Я исполняю волю своей матери, – она запнулась на последнем слове и с грохотом уронила поднос на стол.

Айр расплескался по резной поверхности, добавляя в серебряный рисунок синих красок.

– Мам, – я уселась рядом и крепко обняла ее, зарывшись носом в густые волосы с ароматом страстоцвета.

 – Прости, что не успела.

– Это моя вина. Надо было послать письмо раньше. Но мне так хотелось верить… – она закусила губу и глубоко вздохнула. – Бабушка Мервена хотела, чтобы ты поехала в Тхосе и нашла там ее подругу – Пшею. Та должна тебе рассказать что-то важное.

– Насколько это срочно?

– «Время на исходе, – сказала бабушка перед тем, как закрыть глаза. – Пламя есть Вилея».

Я замерла с широко раскрытыми глазами. Неотвратимость судьбы в мгновение стала не чем-то неосязаемым, а вполне реальной угрозой моей спокойной жизни.

Все, что случилось со мной за последние два дня, сошлось в одной точке. И мне совершенно не хотелось подливать масло (в лице Пшеи) в разгорающийся вокруг меня костер. Вот только Пламя вряд ли искало других «воинов». А это значило, что пора отвечать на зов.

– Мне нужно уехать, – я подскочила так резво, что сама себе удивилась.

– Подожди! Может, расскажешь, о чем говорила бабушка Мервена? Мы никак не возьмем в толк смысл ее последней фразы.

Но ты, похоже, что-то поняла.

– Какое-то время на исходе, мама. И хотелось бы мне разобраться в этом до того, как наступит его конец.

– Ты куда?

– В Тхосе. Исполнять волю бабушки.

– Одна не поедешь.

– А я разве спрашивала разрешения?

– Что за тон?! Ты же ардесса!!!

– Нет, мама. Я – Вилея. А ардессой хотите меня видеть только вы. Извини, но мне пора. Спасибо за завтрак.

– Ты даже не поела, – в ее голосе проскользнули нотки накатывающей истерики.

Я схватила с подноса самую большую булку с фруктовой начинкой, чмокнула маму в щеку и, задержавшись на мгновение в дверях, демонстративно откусила кусок своего «завтрака».

Как мать закатила глаза, я уже не видела, но точно знала, что она это сделала. Пробегавшей мимо ари было дано задание присмотреть за ардерой, а еще лучше – пригласить к ней арда или Димиру, чтобы они вместе могли обсудить мою несносность и упущенное воспитание.