Модный салон феи-крестной

– Клара, ну ты же всегда говорила, что хочешь больше свободы и творчества, но родители и окружение не позволяют. Наслаждайся эти две недели. Приедешь домой, наверняка твоя мама поведет тебя по салонам, и вы опять накупите все это твое привычное – черное, фиолетовое, коричневое и серое.

– Мне будет тебя не хватать, – приобняла я подругу и принялась рассматривать только что перевоплотившийся наряд.

Вместо строгого серого платья-футляра на вешалке сейчас висело нечто воздушное, словно зефирка, цвета молочных сливок.

– Если ты перестанешь пытаться соответствовать им, а станешь собой, тебе будет легче.

– Я не могу. Мне не позволят.

– Клар, ну ты ведь не такая! – повернулась ко мне подруга. – Когда ты забываешься, отпускаешь себя, ты ведь легкая, веселая. На тебя не давит дар смерти, как на них. Ну перестань стараться быть как они! Стань собой! Порывистой, упорной, но не… мрачной.

– Да не дадут! Ты ведь знаешь!

– Но ты ведь выросла. Вспомни себя пять лет назад. Ты же тогда даже не улыбалась.

– Но они моя семья, – улыбнулась я. – Мне нужно соблюдать внешние приличия. Я и так порчу им всю статистику.

– Сбеги к деду. Тому, который лекарь. Он тебя понимает и не пытается заставлять быть суровой и мрачной букой.

– Шутишь? Что я буду делать в той дыре? Да и кто мне позволит? Найдут и вернут.

– Тогда… Тогда просто сбеги! – И Моника прыснула смехом, поняв, что сказала. – Или хотя бы отпусти себя окончательно на оставшуюся неделю и наслаждайся тем, то ты временно фея.

– Это я могу попробовать, – усмехнулась я и потянулась. – На несколько дней можно уйти от всех установок. Пойдем спать. Мне завтра опять ходить по собеседованиям. У меня осталось совсем немного от времени, отпущенного родителями.

Следующий день прошел так же безрезультатно, как и остальные. Вакансий было много. Но мне по-прежнему ничего не подходило. Некоторые – потому что не соответствовали моему дару и образованию. Другие – потому что они были для фей. Но я-то фея еще ненадолго, пока отбываю проигрыш пари.

Устав как собака, я пришла к городскому храму и присела на ступенях, ведущих к огромной двустворчатой двери. Уже был вечер.