Пламя вешних вод

Пламя вешних вод

Милана Шторм

Фэтан – маг Огня, умудренный жизнью. Он циничен и безжалостен, поэтому, когда король приказал ему сжечь непокорную деревеньку Хэрн, он не раздумывал ни секунды. Единственное, что Фэтан не знает – каково это: быть любимым? Каково это – любить? Но жизнь – непредсказуемая штука, и даже очерствевшему сердцу Фэтана однажды придется познать магию первой любви.

Огонь был везде. Он обнимал Фэтана за плечи, жег его щеки, щипал за обнаженные запястья, пожирал изнутри. Все правильно: маг Огня да от огня и погибнет.

Желтые всполохи касались его груди, будто ласковые ладони любимой женщины… знать бы еще, как именно выглядит любовь.

Лба коснулось что мокрое и холодное, отчего он захотел закричать, потому что все остальное тело пожирало пламя. Изнутри и снаружи.

– Тихо-тихо-тихо, – услышал он чей-то голос.

Пламя отступило. Затаилось, превратившись на миг в ослепительно-белую вспышку.

– Ты сильный, – продолжал голос. – Сильный, сражаешься. До сих пор сражаешься. Может, и победишь…

Победит? Зачем ему побеждать? Он уже победил. Он вошел в Хэрн в составе победоносной армии. Он сжег деревню своей магией, ибо так повелел Король. Он наказал огнем ее жителей. Наказал за то, что они слишком долго сопротивлялись.

Холодное и мокрое исчезло с его лба. А затем появилось снова.

– Как ты думаешь, он в сознании, Ши? – это второй голос. Звонкий, как сотня маленьких серебряных колокольчиков.

Фэтан подумал, что этот голос наверняка принадлежит чудесному существу. Сказочному и прекрасному.

– Мне все равно, – а вот этот голос, первый, точно принадлежит какой-нибудь старухе: дряхлой, с растрепанными седыми волосами и уродливой бородавкой на носу.

Лоб, на котором лежало что-то холодное и мокрое, пронзила острая боль, и Фэтан начал понимать, что именно происходит.

И вспоминать.

Он действительно дал волю своему дару. Дал своей Стихии разгуляться. Он слышал крики паники, но бегущих от пожара крестьян было приказано не трогать.

Он знал, что сегодня никто из селян не погибнет, потому что таков был приказ Короля.

Но они попрощаются с жизнью потом, когда наступит зима, ведь нормальный кров за оставшиеся до холодов три месяца не построишь.

Жестоко.