Королевская награда

Значит, скоро этот вопрос решится, и я смогу забрать леди Розалинду с собой, – барон переводит на меня ласковый взгляд, и все на что я сейчас способна – учащенно дышать и хлопать ресницами.

– Если же, конечно, леди Розалинда согласится выйти за меня замуж, – добавляет Уильям.

– Разумеется, это важный пункт, – лорд Ральф кивает головой. Снова подносит к губам свой кубок и делает глоток, а потом смотрит прямо на меня.

Мне становится трудно дышать.

Взгляд янтарных глаз пронзает меня насквозь. Я держусь изо всех сил.

Пусть все знают, что меня непросто напугать. От того, что я столь сильно выпрямила спину, начинает ныть поясница, но я продолжаю смотреть на графа.

А потом ловлю себя на действии…

Странно.

Лорд Ральф пьёт, а сглатываю я.

Пораженная, не выдерживаю и, делая вид, что занята ужином, перевожу свое внимание на курицу. Наклоняюсь, чтобы откусить аппетитный кусочек мяса, и краем глаза замечаю, как губы графа изгибаются в издевательской усмешке.

Над кем он смеется?

И снова – теперь усмешку – я воспринимаю на свой счет.

Естественно, продолжаю сохранять молчание, ведь я прекрасно знаю, насколько шатко мое положение.

– А что же ваша сестра, барон, она будет жить с вами? – задает очередной вопрос граф, и я понимаю, что он озвучивает то, что интересует и меня.

Ничего не имею против Урсулы, но не понаслышке знаю, что в доме должна быть одна хозяйка.

– Урсула недавно овдовела. Когда траур по мужу закончится, я займусь поиском подходящей кандидатуры для моей дорогой сестры, – Уильям поворачивается к сестре и одаривает её ободряющей улыбкой.

Урсула улыбается в ответ, и я испытываю смешанные чувства. С одной стороны – искреннее сочувствие к этой молодой женщине, оставшейся без мужа, с другой – настороженность. Не слишком ли она привязана к своему брату?

Я стыжу себя за подобные мысли. Что на меня нашло? Неужели я ревную барона Марвина к его родной сестре?

– Найти достойного мужа сейчас – непростая задача, Уильям. Мужчины либо пали на Святой земле, либо спились, либо сошли с ума.

Те же, кто не ходили в Иерусалим, настолько изнежились, что начали носить шелка и стали походить на женщин.

За столом повисла напряженная тишина. Теряясь в догадках, я пытаюсь понять, на что именно намекает лорд Ральф? Неужели в его глазах Уильям – изнеженный, женоподобный мужчина? Украдкой разглядываю барона, но пока не вижу подтверждение слов графа.

Зато я вижу прекрасные синие глаза, который сейчас воинственно сверкают.