Невеста Степи

Она ждет тебя в малом зале.

– Мама? – девочка нехотя разжала объятия и, на прощание поцеловав Елену в щеку, поспешила к матери.

Теперь, когда брат и сестра остались наедине, Константин негромко обратился к Елене:

– Я только что узнал о решении отца… – мужчина тряхнул золотистыми волосами и тяжело вздохнул. – Как он мог? Я не позволю тебе, моей сестре, отправиться туда.

Елена, тронутая горячим желанием брата сберечь её, грустно улыбнулась:

– Все уже решено, Константин. Мое приданое уже собрали.

– Этому не бывать! – горячо заявил Константин. Его серые глаза полыхнули решительностью. – Если это случится, то только после моей смерти!

Его последнее заявление обожгло Елену. В воображении отчетливо замелькала картинка с Константином, утопающем в собственной крови. От увиденного девушка задрожала.

– Нет! Ты не посмеешь! – удивляя и себя, и брата, громко ответила она.

– Я не понимаю тебя! – Константин ошарашенно посмотрел не сестру.

– И тебе не понять, ведь я – женщина! – Елена постаралась взять себя в руки. – Ты – будущий император. Таков твой удел. А мой – известный испокон веков – стать женой. Отец выбрал для меня мужа, и я не пойду против его слова. И ты тоже.

Константин смерил сестру непонимающим взглядом. Сердце мужчины сжалось от осознания того, что стоящая напротив него красавица, совсем скоро попадет в грязные руки какого-то восточного бека.

Но, видимо, лихая мысль отчетливо мелькнула в серых глазах Константина. Потому что Елена, взяв брата за широкую ладонь, умоляющим тоном обратилась к нему:

– Я прошу тебя – не мешай. Ты ведь знал, в этом году мне все равно предстояло выйти замуж. Я бы все равно покинула дом.

Взгляд Константина наполнился печалью.

– Я никогда не прощу отцу этого, – еле слышно прошептал мужчина.

– А я никогда не прощу себе, если из-за меня погибнет кто-либо из вас, – Елена вымученно улыбнулась. – В конце концов, быть может, все не так уж и плохо. Возможно, что именно там меня ждет счастье.

Всю ночь Елена провела, ворочаясь с боку на бок. Тревожащие мысли нависали над ней, а после, опустившись на грудь, мешали девушке нормально дышать. Ни молитва, ни увещевания самой себе, что перед дорогой нужно отдохнуть, не действовали на Елену.