Тьма моего сердца

– Нам нужно учиться, мама, – вздохнула тьма и стала втягиваться в разрез. – Я чувствую в себе огромную силу, но у тебя в голове так мало знаний.

– Увы…

Десять классов и два месяца колледжа. Какие уж там знания, все, что было, выветрилось за эти три годы. Зато я научилась убивать, выживать и экономить.

«Ничего, теперь нас две умных и красивых женщины, мы заставим этих мужланов с нами считаться, да, мама?»

По-моему, у меня в голове такого не было…

Я смотрела, как исчезает разрез на руке, и пыталась осмыслить случившееся.

Чтобы отвлечься, растопила печь и поставила томиться кашу из крупы, которую мы принесли с собой. Выходить из дома остерегалась: мало ли кто меня увидит, а мне совершенно не хотелось встречаться ни с серыми, ни с дуалом. Чувствовала, что ничего хорошего эта встреча не принесет.

Рокси пришла, когда стало темнеть. Она вошла в дом с абсолютно прямой спиной и застывшим лицом.

– Рок, что с тобой?

Я отступила в глубину кухни, чувствуя надвигающуюся беду, внутри заворочалась Дю, но я нервно приказала ей притихнуть, чтобы ничего не выдало ее присутствия.

Следом за Рокси в дом вошел мужчина в черной форме легиона и с маской на лице. Он был светловолосым, кареглазым, статным и интуитивно показался мне очень неприятным. Дуал окинул взглядом помещение и глухо произнес:

– Вот мы и встретились, элина Никс Этери, дочь мага.

Глава 7

Не смотреть на него, не отвечать, не трястись. Магии во мне нет и быть не может, так что для обвинения в колдовстве у них нет основания.

– Мы знакомы?

Я вздернула нос и посмотрела дуалу за спину. В открытой двери маячили две фигуры в сером, чуть дальше стоял давешний мальчишка и группа деревенских баб. Вытянув шеи, они с жадным любопытством прислушивались к разговору.

– Мое имя – дуа Градис. И никак иначе, элина, прошу это запомнить. Я разыскиваю всех, в ком течет кровь магов.

– Что с Рокси?

Я не смотрела на дуала, прислушиваясь к тихому шепоту Дю. Моя личная тьма ехидно комментировала тьму Градиса, которую она каким-то образом чувствовала. Старая, плесневелая, тупая, и труха из нее сыплется, ей давно пора на помойку. И это самые милые слова в ее описаниях. Боже, ребенок, откуда ты этого набралась? Дю в голове хихикала и задорно нашептывала, что у меня в памяти есть слова и похуже.