Черный монастырь. Книга первая: Анна

Иногда уже в первых его числах весна со всей серьёзностью берётся за своё извечно-молодое дело. А бывает и так, что до самого апреля с небес сыпется снег и что-то ещё – мокрое, липкое, непонятное.

В тот год после некоторой заминки погода и календарь нашли общий язык, и уже ко второй неделе марта тротуары имели вполне проходимый вид. Полуденные воробьи купались в лужах, мамаши не пускали пацанов на невский лёд, и дворники ожесточённо колотили своими ледорубами по упрямым остаткам зимы.

***

Кусок льда с грохотом выкатился из водосточной трубы и замер посреди сухого асфальта.

Приёмный покой являлся таковым только по названию. На самом деле здесь никого не принимали, перенаправляя пациентов кого куда: если в поликлинику – то прямо по коридору, если на процедуры – то налево. Ну, а если в стационар, то подождите, за вами придут.

В действительности здесь, в «предбаннике», как называли это помещение в городской психиатрической больнице, не принимали, а выписывали, то есть выпускали на волю, тех, кого ещё вчера держали взаперти.

Окно предбанника было небольшим, квадратным и замазанным белой краской. Аня сидела прямо напротив него, прислонившись к кафельной стене, и смотрела на этот белый квадрат, смысла в котором было столько же, сколько в знаменитом произведении русского футуриста.

Заслышав шаги сестры-хозяйки, она машинально поправила косынку, которой были туго перехвачены волосы.

– Ну вот, милочка, твоё добро. Бумажки отнесёшь в районную. – Неулыбчивая добрячка Семёновна вручила Ане эпикриз, поставила ей на колени полупрозрачный пакет и грузно опустилась на соседний стул. – Там и рецепт от Валерия Ивановича, смотри не забудь зайти в аптеку. По таблеточке перед сном. Будешь хорошо спать.

Аня кивнула.

– И поменьше кивай да побольше разговаривай. На кивках далеко не уедешь.

Тихим, чуть хриплым голосом Аня ответила:

– Я постараюсь.

– Вот-вот, постарайся. Идти-то есть куда?

– Есть.

– Ну, с богом.

* * *

Подъём на третий этаж дался нелегко: когда Аня наконец оказалась перед дверью Лёшиной квартиры, сердце прыгало и трепыхалось, в висках стучало, а лёгкие никак не могли набрать нужного количества воздуха.