Счастливая Жизнь Филиппа Сэндмена

Но вторнику предшествовал немаловажный понедельник, в который он как раз таки и появился у них, а еще раньше было дождливое воскресенье, в которое он будто проснулся от многолетнего сна, за туманом которого уже и не было видно минувших лет молодости. Он посмотрел на улыбающееся лицо Агнессы, смуглой девушки лет двадцати, которая неторопливо говорила о чем-то своем с Лаурой, плавно жестикулируя и время от времени устремляя взгляд куда-то в бесконечность. Наверное, она представляла себе какую-то чарующую картину и делилась впечатлениями от увиденного со своей собеседницей.

Или же, быть может, они обсуждали кого-нибудь из присутствовавших здесь в этот вечер. «А ведь мотив… тогда, в тот день, это же ведь ее образ меня вывел… а я совсем забыл об этом… или не забыл?»

Мысли Филиппа путались, но где-то глубоко внутри шел очень серьезный диалог с самим собой.

– Ты снова будешь говорить, что, мол, почувствовал, что в этом заключается твое предназначение», да?

– Не знаю…

– Подумай. Вспомни тот момент.

Что тебя толкнуло пойти за ней?

– Образ… Костюм… Не знаю.

– Тогда, может быть, это был ее образ через осознание того, что она несла этот костюм? Ведь ты же не шел за каждой смуглой девушкой лет двадцати, которых в городе пруд пруди.

– Не знаю… Ну, не думаю я об этом сейчас.

– Нет, ты думаешь. Думаешь и сам понимаешь, что уже задаешь себе этот вопрос.

– Вопрос?

– Да, вопрос.

– Какой вопрос?

– Не надо, ладно?

– …

– Ведь ситуация повторилась, не так ли? Ты ведь снова подгоняешь причину под ситуацию и утверждаешь, что она очередной катализатор, который ты будешь использовать, чтобы ощутить счастье в жизни.

Катализатор, но не само счастье. Я не прав? А не может ли статься, что ты снова упускаешь именно свое счастье, а? Хотя мне кажется, что уже упустил. Ты ведь с ней даже толком-то и не поговорил.

А где-то там, наверху, сидя на больших подушках на полу в баре «Off» в компании друзей, две девушки продолжали безмятежно болтать о чем-то, не придавая большого значения происходящему вокруг и время от времени устремляя взоры куда-то в бесконечность.

– И там еще был тот человек, который мне помахал… – сказал Филипп, одновременно выходя из прострации. Руку ему оттягивала полная кружка пива.

– Пардон? – удивился Симон.

– Что? – с удивлением переспросил Филипп.

– Какой человек?

– Какой человек?

– Дядя Филипп, вы только что сказали: «Там был человек, который мне помахал», – пояснил ему сидевший рядом Аарон.