Мышеловка для полковника

Поэтому и говорю, что это знакомство крайне важно и полезно для меня и моих коллег. Я обязательно воспользуюсь. – Хомский спрятал карточку в карман халата. – Я провожу. Надеюсь, пока мы расстаемся ненадолго.

– Пока я в Москве, я буду навещать Милису регулярно, – ответила Джин, направляясь вслед за Борисом к двери. – Сегодня вечером, завтра утром.

– У меня сегодня две сложных операции, но я постараюсь быть, – пообещал Хомский.

– В крайнем случае мы обойдемся и без тебя, – пошутил Борис. – Врач есть, – он показал взглядом на Джин.

– Уж не сомневаюсь, – рассмеялся доктор. – До встречи.

Проводив их до лифта, он подождал, пока стеклянные двери захлопнулись, и снова направился в свой кабинет.

– Так значит, эта Марина – моя соперница? – спросила Джин Бориса, пока они спускались.

– Какая Марина? – Логинов поморщился. – Это все Гена придумывает. Я ее сегодня увидел в первый раз в жизни.

– Зато она, как я поняла, давно уже смотрит на тебя, – напомнила Джин.

– А то у меня дел мало кроме этой Марины, – Борис взял Джин за руку, притянув к себе.

Мягко прошуршав, двери лифта открылись. Они вышли в просторный, светлый холл, отделанный искусственным мрамором.

– Я оставил машину недалеко.

Не выпуская руки Джин, Борис повел ее за собой. Она не сопротивлялась. Темно-синий БМВ третьей серии стоял рядом с реабилитационным центром на стоянке. Они спустились по лестнице.

– Прошу, садись.

Протянув руку, он помог Джин сесть.

– Твоя машина пока постоит у меня в гараже, – сказал Борис, усаживаясь за руль.

– Я приеду за ней на такси, – ответила она.

– Я бы пригнал ее, но, во-первых, ты не дашь мне ключи, это все-таки дипломатическая машина, а во-вторых, тебе незачем ездить самой по Москве, пока я могу возить тебя куда угодно.

– А как же служба? – спросила Джин с иронией. – Отменяется?

– Пока подождет, – Борис повернул ключ зажигания. – Впрочем, и на нее у меня тоже хватит времени. Ты же уедешь, а служба останется. Только она у меня и останется. А еще Рейси, как всегда.

– Но вот Марина готова скрасить ваше одиночество, полковник. Вы приглядитесь к ней. Все-таки ваш товарищ рекомендует.

– Я оторву Хомскому язык.